ГП С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ АСТРОЛОГИИ

Автор: Friyana

Альбус Дамблдор

1. Штрихи к портрету.

Внешность и основные черты – Юпитерианский подтип Стрельца.

О внешности Дамблдора в книгах сказано на удивление мало – упоминаются только седые серебристые волосы да крючковатый нос. По большому счету, все остальное – лишь восприятие Гарри, но отталкиваться больше особо не от чего.

Альбус лучезарен, улыбчив и светится дружелюбием – по крайней мере, к самому Гарри. Он не склонен разрешать трения прямыми конфликтами и всегда старается свести диалог к монологу, не затыкая при этом напрямую собеседнику рта. Он представителен, ровен в общении и имеет весомый авторитет даже в глазах тех, кто не является его сторонником – один только бзик Риддла, упрямо сводящего все конфронтации к личной борьбе с Дамблдором, чего стоит.

Кроме того, Альбус занимает высокий ответственный пост, причем не просто администраторский. Он не только директор школы – он глава Ордена Феникса, а это уже и политика, и идеология, и умение вести за собой, базирующееся не на голой Солнечной энергетике яркой личности, как у Гарри, а на умении находить и держать контакт с каждым плюс способности выбирать, кто из этих каждых действительно нужен. То есть, еще и на умении отстраняться от личного и предпочитать ему общественное.

И при всем это он – не лидер. Дамблдор – идеолог и ведущая фигура, к его мнению прислушиваются, его доводы полагают разумными, признавая за Альбусом и мудрость, и жизненный опыт. Он – не просто глава, он – «голова» и подпольной организации, и школы, воспитывающей будущих волшебников, он – ориентир и для юнцов, и для взрослого поколения, почти что светоч во мраке. Все это – признаки сильного, проявленного и проработанного Юпитера.

К тому же, Дамблдор – отменный воспитатель. Он с легкостью находит ключики к тем, к кому ему принципиально важно их найти, он обладает достаточной широтой мышления, чтобы охватывать систему в целом и видеть как недочеты в ее детальном воплощении, так и генеральную линию развития. Он – единственный, кого можно назвать действительно «хорошим начальником» в изначальном понимании этого слова.

«Хороший начальник» – это ведь всего лишь человек, который видит что угодно с любых сторон, и при этом способен четко определить и для себя, и для других, какая сторона в этом сезоне зовется правильной. И еще и убедить в этом окружающих – не доказательствами и логикой, а верой, которой сложно не заразиться. Если Юпитерианец во что-то верит, а вас выбрал, как того, кто должен занять свое место в рядах его последователей, не сомневайтесь – он убедит. Вере такого размаха вообще сложно сопротивляться.

Второй, уже вытекающий отсюда, аспект личности Дамблдора – это экзальтированный Хирон. Именно он дает старику возможность сохранять четкую этику и придерживаться ее в любых скользких ситуациях, применяя любые методы и средства, невзирая на всю их этичность. Да, как любой человек с сильным Хироном, Дамблдор – отменный дипломат, которому раз плюнуть выкрутиться из скользкой ситуации и загнать противника в тупик. Но экзальтированный Хирон дает больше. Он дает, при всем этом, способность иметь и сохранять собственную, выстраданную систему этических ценностей, и придерживаться ее даже в тех случаях, когда обстоятельства вынуждают действовать как бы не вопреки собственным заявленным принципам.

Экзальтированный Хирон невозможно прижать на этических конфликтах. В любом раскладе и при любых условиях человек, им обладающий, будет продолжать видеть линию партии, какие бы «грехи» не отягощали плечи, и какой бы груз «ошибок» не болтался за спиной – хотя бы потому, что ни грехами, ни ошибками произошедшее он в глубине души не считает. Все это меркнет перед великой целью, которая у Хиронианца такого пошиба существует всегда.

Еще один момент, который бросается в глаза – это сила Дамблдора-волшебника. Кроме того, что он «великий человек», как постоянно повторяет Хагрид (чем только подтверждает выраженность его Юпитера), он еще и один из сильнейших магов современности – что неудивительно при таком возрасте, опыте и общественном положении. Некоторые из постов Альбуса таковы, что заставляют крепко засомневаться – можно ли было их занять, не обладая действительно внушительной силой? Не обладая чем-то еще, помимо дара возглавлять, направлять и подталкивать, обеспеченного Юпитером и Хироном.

Начать с того, что Дамблдор – очень мощный легилимент. Он считывает мысли и переживания собеседника с такой легкостью, что, глядя на это, невольно начинаешь сочувствовать туповатому Поттеру. Каждый раз, когда Гарри влезает в очередную авантюру, его вызывает к себе директор школы и, проникновенно заглядывая в глаза, с Юпитериански открытой улыбкой вопрошает – ты ничего не хочешь мне рассказать? Мальчик сосредоточенно перебирает в голове то, что успел наковырять и наподслушивать, и обреченно вздыхает – нет, сэр, не хочу. Спасибо, - добродушно расслабляется Дамблдор. Все, что его интересовало, он уже знает.

Учитывая тот факт, что в пятой книге Роулинг таки удосужилась обозначить вслух уровень владения Альбусом легилименции, стойкость личной этики ведущего «доброго волшебника» канона начинает попросту восхищать. Ложь, манипуляции, двойные игры, недоговаривания и прочие Хиронианские штучки не способны сбить столь крепко пустившую корни веру Юпитера. Они подкрепляют друг друга ежеминутно, это сработавшийся тандем двух планет.

Уже одна только связка Юпитера и Хирона однозначно указывает на Стрельца. Но сюда же можно добавить и то, что рассуждения в стиле формальной логики точно не самая сильная сторона Дамблдора – они быстро перебиваются в нем Юпитерианской верой и воодушевлением – и то, что он, считая себя (и являясь) законодателем для своих последователей, в принципе склонен преувеличивать значение веры, преуменьшая значение слов. Меркурий здесь однозначно выглядит кривовато, пусть и не провально, но личность Дамблдора строится, как бы отталкиваясь от его функций и отрицая их. Да, включить при случае в арсенал своих достоинств речь Альбус способен, но явно делает это разве что в исключительных случаях. Разрешает конфликты и вербует сторонников он «широтой души» или мягкой, как бы поглядывающей на собеседника доброжелательно свысока любезностью Юпитера, а не логикой и доводами Меркурия. Слабое место останется слабым, хоть как его подтягивай и раскачивай. Дамблдор, в целом, особо и не раскачивает.

Кроме того, он все же именно силен, как волшебник. Как творец волшебства. Он отлично чувствует людей, находит, повторюсь, свой подход к каждому, к кому желает найти, он – маг, то есть, работает с магическими энергиями однозначно не так плоско и потребительски, как это делают неоперившиеся юнцы в его школе. Без проявленной линии пусть и не мощного, но включенного Нептуна подобный уровень вряд ли возможен. Да и просто, если вспомнить, что об Альбусе говорят те, кто его видит не в первый раз – слово «странный» в их речи мелькает и не однажды.

Нептун здесь выступает в роли вторичной поддержки, а не личностнообразующей планеты – Дамблдор почти наверняка эмпат, к тому же, он именно мудр (по крайней мере, в таких относительно простых вопросах, как разрешение бытовых конфликтов и воспитание детей – тех, которые попроще).

Юпитер плюс Хирон плюс Нептун за минусом Меркурия – это снова Стрелец, в еще более полном варианте.



2. Размышления на тему

Стрелец по сути своей, в первую голову, завсегда идеолог. Просто управлять системой, выстраивать ее, как какой-нибудь Козерог, он не очень способен – слишком много огня внутри, чтобы последовательно такой планомерностью всю жизнь заниматься. Система имеет для него смысл, когда ведет к воплощению идеи – и только до этих пор.

Система состоит из людей, и поэтому правильный Стрелец умеет находить с ними контакт, подбирать ключики и выделять каждому именно ту частичку веры, которой ему не хватает. Реального ему, в общем-то, давать особо и нечего, так что Стрелец торгует исключительно верой. Валюта, если ее правильно применять, имеющая хождение везде и отпирающая любые двери.

В каноне довольно много ситуаций, в которых Дамблдор вынужден подпитывать разочаровывающихся и теряющих силы. Собственно, каждый его диалог с Гарри в конце каждой книги есть пример такой ситуации. Что делает Альбус? Обещает, предлагает, доказывает? Нет. Он просто верит, искренне и от самых кишок – и рядом с ним снова начинает верить измотанный очередным этапом своего нелегкого пути Поттер.

Даже финальный разговор директора с Драко идет по той же схеме. Мелочи и детали вроде конкретных предложений в нем несущественны и проходят как бы мимо обоих. Основная линия – на которую Малфой и пытался купиться – это всеобъемлющая вера Дамблдора во «что-то хорошее в Драко». Он верит в это настолько, что почти заставил своего несостоявшегося убийцу поверить и опустить палочку.

Не стоит думать, что Стрелец всего лишь классно разыгрывает веру во что-либо. Это категорически против его природы – играть такими вещами. Любой, даже самый низкий представитель этого знака верит в то, что исповедует, всегда – если он действительно исповедует. Только из Стрельцов выходят действительно сильные проповедники и основатели религий и философских течений. Сочетание Юпитера и Нептуна выливается здесь в способность не только видеть несовершенство мира, но и разглядеть ту самую идею, которая способна это несовершенство подправить, пусть даже в урезанном, доступном человеческому мышлению варианте. Сочетание же Юпитера и Хирона позволяет Стрельцу не скатиться во власть, потеряв изначальную идеологическую подоплеку, ради которой все, собственно, и затевалось. Позволяет сохранить этическую основу своей деятельности.

Однозначно можно утверждать, что Дамблдор, при всех его регалиях и высоких постах, не властолюбив. Ему комфортно быть «высоко», это естественное для него положение, но власть ради власти не имеет для него смысла. Юпитер амбициозен, но Нептун всегда выталкивает из области «бытовых плюшек» в область вселенского благополучия.

Потеря ведущей роли в одной из привычных областей деятельности для Дамблдора – не указание на его личную несостоятельность (нет здесь Солнца, нет и личностной акцентуации), а осложнение его положения, как ведущей фигуры. В каноне мы видим как минимум две таких ситуации – когда он теряет свой пост в Визенгамоте и когда лишается кресла директора Хогвартса. И поведение Альбуса здесь опять характерно – он расширяет спектр воздействия, подключает резервные каналы для распространения своего влияния, но никак не теряет его вовсе. За правильным идеологом идут даже тогда, когда его уже и рядом-то нет. Более того – как раз после этого идут как бы не более целенаправленно.

Четкая, сложившаяся личная система взглядов и ценностей позволяет Стрельцу довольно лихо вокруг нее вихлять, описывая концентрические круги разного диаметра, но никогда не выпуская из внимания центральную точку. Со стороны его телодвижения и поступки могут показаться временами прямой противоположностью его же заявленной позиции, но это, скорее, обман зрения наблюдателя, чем бесхребетность объекта наблюдений. Стрелец не может не экспериментировать, не может не пробовать новые пути, методы, способы – вся его суть в том, чтобы расширять достигнутое и понятое. Расширять как раз для того, чтобы утвердить и найти под пластом наколупанных истин еще парочку свежих.

Поиск «истины» и ее пропаганда – вот две основных задачи Стрельца. Со стороны, опять же, нередко может показаться, что он забил на первую и давно уже сосредоточился исключительно на второй, но, как только подобное действительно происходит, со всех декларируемых им мудростей начинает сыпаться шелуха. Они слоятся, облезают и сдуваются – потому что их больше не подпитывает Нептунианское видение космических энергий, напрямую считываемое из мирового эгрегора. Стрелец с выключившимся Нептуном – это менторски вещающий заезженные до оскомины высокопарные банальности чиновник с представительным брюшком, вцепившийся в теплое кресло под своей задницей. Голый Юпитер без поддержки Нептуна выглядит именно так. Зрелище печальное, но с Дамблдором никак не ассоциирующееся.

Что означает – на протяжении всех перипетий канона Дамблдор так и не срывается в бытовую борьбу за свое влияние, за власть и прочие Юпитерианские штучки. Все его двойные ходы и сложные шахматные партии, все его разыгранные, как по нотам, милые шутки с Гарри (вроде той же легилименции), есть средство для воплощения великой идеи, а не попытка кого-то «использовать». Стрельцы никогда никого не используют – они дают каждому возможность занять свое место в фундаменте под новым, прекрасным миром. Улучшенной версией мира прежнего. Если, конечно, этот каждый в фундаменте нужен.

Тот факт, что спрашивать у человека согласия быть частью основы для чего-то вовсе необязательно, для Стрельцов очевиден. Их экзальтированная этика позволяет и не такое.

При этом они, повторюсь, действительно верят в то, что строят чужими руками. Только они способны стать родоначальниками великих философских течений, основателями религий или иных систем идеологически «более правильных» взглядов на мир. К тому же, они действительно имеют все шансы не просто придумать нечто, но и сплотить вокруг одной идеи толпу народа, направив ее мечты, надежды и ожидания в нужное русло. Политика – столь же нередкая сфера самореализации для Стрельца, как и воспитание неокрепших умов, и духовное учительство, и административная работа.

Стрелец-политик (как и Стрелец-администратор) всегда имеет более выраженный Юпитер и более слабый Нептун, тогда как Стрелец-воспитатель (или Стрелец-проповедник) – наоборот. Если обрыв Нептуна превращает его в ментора и профанатора, то обрыв Юпитера – в слабо вписывающегося в реалии жизни и бытовой уклад мечтателя-идеалиста.

По канону четко видно и то, что Дамблдор всю дорогу пытается совместить обе роли, не выпуская из рук ни одной – и то, что свои провалы, как политика, он переживает куда как легче и отстраненнее, чем провалы, как воспитателя. Что означает – его Нептун в любом случае слабее, чем Юпитер (хотя это было видно еще по внешним планетарным проявлениям). Но логично вытекающего из расклада планет ухода в управление и администрирование не наблюдается. Альбус пытается воспитывать, и воспитывать очень непростых людей в непростых ситуациях, хотя совершенно очевидно, что это уже дается ему куда хуже.

То есть, мы имеем перекос, сформированный то ли личным упрямством, то ли жаждой человека, проработавшего как минимум Хирон и Юпитер, по аналогии подтянуть еще и Нептун. При том, напомню, что Меркурием Дамблдор всю дорогу продолжает пренебрегать – его не вытянешь так просто на честность, на разговор «на равных» (при том, что как раз равенство с каждым он и умудряется демонстрировать постоянно) или хотя бы на логику.

Последствия перекоса, в целом, очевидны – Альбус комплексует по поводу своих воспитательских неудач, продолжая выращивать из людей то, что ему удобно (а не то, что поможет им максимально реализовать себя). Он очень разный с каждым, с кем говорит – это видно, если сравнить его диалоги с Гарри, со Снейпом или, к примеру, с представителями Визенгамота на заседании суда. Но, находя общий язык с любым, как Юпитерианец, не теряя при этом себя и не предавая свою систему ценностей, как представитель экзальтированного Хирона, он не способен изменить чужую систему взглядов. А это как раз то, чего он и пытается добиться – это и есть воспитание.

Он лишь чуть-чуть ее направляет и корректирует – это все, на что хватает Дамблдора. Иначе не требовались бы ежегодные «промывки поттеровских мозгов». В руках у действительно сильного Нептунианца Гарри повелся бы так, что двинулся крышей сразу и насовсем, и Риддл в этом смысле добился куда большего успеха – в числе его последователей есть фанатики. У Дамблдора – нет.

А правильный Стрелец всегда способен их создавать, если ему нужны те, кто в нужной ситуации будет действовать, не колеблясь.

Совершенно очевидно, что от Гарри требуется именно это. Но при всей своей Хиронианской двуличности, манипулируя и управляя действиями мальчишки, как нечего делать, Альбус ухитряется вставать в позу и оставлять ему «право выбора» в самом принципиально важном вопросе. Где добро, а где зло, то есть.

Предполагается, что хороший воспитатель оставит этот выбор именно так, что ученик заведомо понятно, что выберет. И именно для этого духовный учитель и должен уметь корректировать и изменять его систему ценностей, именно для этого нужен контакт и доверие, именно так и выращиваются «идеологически правильные люди». Вот только иррациональное доверие и контакт со стороны последователя дает – Нептун. А Юпитер – уважение и авторитет, которые тоже хороши и позволяют вести за собой и руководить, но маловаты, чтобы действительно вкладывать что-то в души.

Дамблдор железно обладает вторым, но с легкостью теряет первое, то и дело ухитряясь успеть, вывернуться и снова поймать. И Том Риддл – это пример того, как мало значит голый авторитет, когда пытаешься кого-то воспитывать (в данном случае, скорее – перевоспитывать).

Схемы Альбус-Том и Альбус-Гарри совпадают до мелочей. Оба мальчика – сироты, до одиннадцати лет растущие не пойми где в диких условиях, оба одиноки, потенциально сильны и в перспективе зубасты. Оба – Плутонианцы, с мощным «эго», жаждущие признания и неравнодушные к славе. Прошляпив Риддла на ключевом выборе, который Дамблдор так любит оставлять подопечным («где добро, а где зло»), Альбус явно пытается не повторить предыдущих ошибок. И его действия снова слабо поддаются логике, очень напоминая подход «от противного».

Сатурнианское детство имелось в наличии у обоих мальчиков, но, если Тому директор позволил и дальше закалять себя, жить в своем внутреннем одиночестве и медленно двигаясь к собственным целям, то Сатурн Гарри пущен под откос. В первую очередь – похвалами за несоблюдение общих правил, лимонными дольками за вопиющие нарушения субординации и дополнительными баллами за неумение держать себя в руках.

Второй момент – оба парня Плутонианцы. И снова – Тому было позволено выбирать самому и развиваться так, как для него было естественно (что, кстати, само по себе вовсе не предопределяет выбор им «зла» – Плутон ведь, по сути, всего лишь сила, без окраски). Перед Гарри же Дамблдор вывернулся наизнанку, увещевая мальчика, что в нем и следов Плутона не существует. И в Слизерин его шляпа за таланты звала, и змееуст он по чистой случайности, и с Риддлом связь у него сама собой нечаянно получилась. Ничто ни из чего не следует, бояться нечего, развивать, как следствие – тем более.

Вот только Плутонианца Снейпа Альбус ему не перестает методично подсовывать – то в одном, то в другом качестве. Что напрямую означает – развивать силу и осознавать ее надо будет все равно, и Дамблдору это известно.

По сути, он играет здесь в шахматы сам с собой, жонглируя качествами мальчишки и переставляя их местами, отводя одни в сторону для последующего прорыва и выставляя вперед другие. То, что Гарри к финалу шестой книги, как личность, уже основательно переломан, и имеет все шансы доломаться, когда эпопея с Риддлом закончится, говорит о воспитательских талантах Дамблдора, пожалуй, громче всего.

Очень сомнительно, чтобы столь неглупый и умудренный жизненным опытом человек не видел, что именно делает со своим «подопечным» и к чему это в итоге приведет. Больше всего похоже на то, что этот факт для него – пренебрежимо мал в данном случае. Ему неважно сделать из Гарри человека состоявшегося и сильного (такое возможно только в случае объективной самореализации, в чем парню все шесть лет дипломатично отказывают), ему важно воспитать не-Риддла. Из мальчика с теми же задатками, вышедшего из тех же начальных условий, создать нечто, противоположное тому, что однажды уже получилось.

Тот факт, что взращивание душ по заданной схеме – попросту не стезя Альбуса, ему, при всей его мудрости, похоже, в голову либо не приходит, либо надолго там не задерживается. Он позиционирует себя, как духовного учителя, не больше, не меньше – и именно поэтому, похоже, его пробивает на слезу, когда Гарри со всей своей Львиной прямотой брякает: «Я – человек Дамблдора!».

Но именно духовным учителем Альбус, с его Нептуном, и не является. И не являлся, судя по тому, что имеем в сухом остатке, никогда.

Юпитер здесь мощен и цветет буйным цветом – Дамблдор прирожденный политик и идеолог, сильный администратор, при котором даже буйства прикормленных школьных привидений выглядят запланированными и не нарушающими общего жизненного уклада. Орден Феникса под его руководством не сдыхает, работу работает, функциями функционирует, нервируя всех, кого положено нервировать. Последователи у Альбуса множатся и появляются, Гриффиндор под патронажем Минервы год за годом поставляет (за редким исключением) борцов за добро, а Фоукс поет директору школы песенки, возрождаясь, когда приходит сезон. Машина выглядит отлаженной и растущей и вширь, и вглубь, как и положено машине, которой рулит выраженный Юпитерианец.

Что мешает Дамблдору всю дорогу признать свои сильные стороны и прекратить напирать на не самые сильные – наверняка не известно, но Альбус, похоже, мнит свою жизненную задачу именно воспитательской и воздействующей на умы и души, а не управленческой и идеологической. Просто придумать идеологию и выстроить (возродить) систему, воплощающую ее в жизнь – задача, для Юпитера такого размаха слегка банальная. Вот попробовать выстроить так, чтобы люди не только сами, по личному выбору, присоединялись к ней, но еще и выращивались прямо под нее – это уже куда интереснее. Только Дамблдору оно не по силам.

Ключевая проблема любого Стрельца – в его, как ни странно, разбросанности и неумении видеть мельчайшие детали во всем размахе и величии большого проекта. Ведомый идеей, он всегда и в любой ситуации продолжает ощущать положение конечной точки, основу, подоплеку и светящийся ниточкой путь вперед – но с легкостью упускает из поля зрения частности, из которых, в том числе, его система и состоит. Дамблдор вряд ли страдал перфекционизмом или занимался самобичеванием, признаваясь Гарри, что допустил в жизни много ошибок. Стрелец в принципе не способен сосредоточиться на мелочах, шагая и ведя за собой к главному – а мелочи нередко и становятся основой для огромных проколов.

Анализировать скрытые события канона и вычленять эти самые ошибки – задачка отдельная и многими любимая и без того. Из логики Стрельцовского архетипа и его воплощения в Дамблдоре следует лишь то, что ошибки стопроцентно имели место быть, и связаны они могут быть только с реализацией функций Нептуна и Меркурия, а никак не с Хиронианской двуличностью, лживостью и прочими нелицеприятными приемами состоявшегося торгаша верой.

То есть, Альбус где-то переоценивал свой дар убеждать, «цеплять за душу» и свое умение найти ту самую единственную точку, на которой воспитанника надо оставить одного, чтобы он сделал главный выбор самостоятельно, при этом не упустив его в принципе. А еще – что он попросту не всегда находил нужных слов, преуменьшая их значение. Все остальное он, как Стрелец, считать ошибками не мог в принципе.

Также весьма сомнительным выглядит предположение, что Хиронианец такого уровня мог допустить серию просчетов, в результате которых банально позволил себя убить. Многоярусная логика Дамблдора, прослеживаемая во всех его действиях, начиная с воспитания Гарри и заканчивая диалогом с Риддлом в Министерстве Магии, заставляет задуматься, мог ли этот человек навыстраивать такую шахматную партию, в которой получил бы мат ударом из-за спины. Все тылы всегда восхищали своей предусмотрительной многослойной прикрытостью, а тут вдруг – такой ляп. Не складывается.

На момент финала шестой книги Альбус не находился в углу, загнанный туда обстоятельствами. Ему никто не мешал поручить любому из привидений обрушить шкаф на голову проходящего мимо Драко или как-то иначе с легкостью устранить исходящую от него угрозу – а то, что об угрозе Дамблдор знал, из последнего диалога на башне и сопутствующих ему обстоятельств следует со всей очевидностью. Следовательно, смерть (или ее инсценировка, или сознательный переход в «потустороннее» состояние) была им запланирована, причем предположу, что как минимум за год до этого. Иначе Малфой (как и Снейп) попросту не дожил бы до расстановки сил на башне сам.

Хиронианец класса Альбуса не может ошибиться в расчетах – он может ошибиться в мелочи, из которой вырастет не то, что планировалось. Но никак не в постановке шахматной партии.

Даже если предположить, что Драко Дамблдор тоже пытался воспитывать – и тоже «не получилось» – просчет стал очевиден куда раньше, чем их пути пересеклись на башне. Альбус же не предпринял никаких действий, чтобы предотвратить ситуацию. Более того – еще до того как, не особо напрягаясь, убедил Драко опустить палочку, он звал Снейпа. И Снейп на сцену вышел в нужный момент.

Никакие мифические «ошибки» Дамблдора не могли привести его к смерти от руки собственного подопечного – уровень Хирона бы не позволил. Ошибки, скорее, могли привести к наличию в мире Тома Риддла – вот здесь уже подкачавший Нептун и сминусованный Меркурий вполне имели шансы сыграть свою роль.

Не берусь предполагать, по каким причинам Дамблдору потребовалось вывести себя из игры (или представить это в том виде, в каком выведение состоялось в конечном итоге). Но однозначно, что ему это потребовалось. Хиронианцы этого уровня, повторюсь, не умирают, допустив банальный стратегический просчет.

Оценивать морально-этический уровень Дамблдора бессмысленно хотя бы потому, что его цели всегда будут перевешивать выбираемые им средства. В системе ценностей Стрельца подобной акцентуации средства как таковые вообще не заслуживают оценки с точки зрения этичности – подходит все, что помогает, и это единственный заслуживающий внимания критерий.

Поэтому глупо рассуждать о том, «хороший» Дамблдор или «плохой», «добрый» он или «злой». Он многолик и в нужной ситуации всегда представлялся тем, каким было выгодно представляться – разница с Весами здесь только в том, что выгода Стрельца не личная, а общественная. В его системе ценностей это – достаточное различие, чтобы не брезговать, не гнушаться и не переживать за степень резиновости собственной совести.

Обсуждение статьи на форуме


В мастерскую


На главную
Замечания и поправки отсылать Anni