Вход и выход

АВТОР: Karboni
БЕТА: Пани Ирена

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Северус, Ремус
РЕЙТИНГ: PG-13
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance, humour

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Благодаря пропаже мистера Люпина, мистеру Снейпу приходится страдать, общаясь с их общими друзьями, которые Снейпу совсем не друзья.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: События происходят через два – три года после падения Темного Лорда. И описывается очередная, наверное, тысячная, попытка забраться за Завесу.

Фик написан для Daria на Severus Snape Birthday Fest.

ПРИМЕЧАНИЕ: у это фика есть две предыстории - "Марафонец" и "Простая история", а также сиквел "Четверг".


ОТКАЗ: Персонажи принадлежат Дж. К. Роулинг. (Я – не я, и лошадь не моя)




Ложась спать с дьяволом, помните, что проснетесь в аду.
/народная мудрость/

Ложась спать с идиотом, помните, что проснетесь в идиотской ситуации.
/Северус Снейп/

Полный седой мужчина сидел на низкой скамеечке и аккуратно подвязывал тяжелые ветки куста бордовых роз. Вокруг садовника буйствовала его армия - нежно голубые дельфиниумы, розовые поздние пионы, лиловые ирисы и люпины. Ноготки, настурции и лилии всех оттенков - от темно золотой охры до лимонной желтизны. Белыми сугробами высились кусты шиповника и садовой ромашки. А какие роскошные розы радовали глаз в тщательно ухоженном садике, окружавшем дом, казалось, позаимствованный хозяевами из сказки про пряничное королевство.

Несуразный, утыканный разнокалиберными башенками, искрящийся витражами, такими же разноцветными, как растительность вокруг, дом гостеприимно раскинул во все стороны аккуратные песчаные дорожки, выложенные по краям оранжевым битым кирпичом. Но в конце каждой тропинки, стоял человек в черной мантии с волшебной палочкой наготове. За охранным постом находился восьмиметровый каменный забор. За забором располагался купол защитного щита, прозрачный и невидимый, но чрезвычайно угнетающий своим присутствием седовласого мужчину. Впрочем, министру он не жаловался.

У министра было множество забот, помимо дурацких капризов его сожителя. Возвращался могущественный министр поздно, уходил рано. Им не хватало времени просто поговорить, и тратить его на обиды было абсолютно нерационально. И расстраивать министра было неловко. Столько общемагических забот и проблем, страшно представить, какой груз взвален на его худые плечи. Толстяк тяжело вздохнул, поежился, ощутив пристальный взгляд аврора, контролирующего спектр сада с его местопребыванием, и оборвал с ветки несколько сухих листьев. Ему разрешили обустроить загородную резиденцию министра по собственному усмотрению и даже не очень ругались, увидев результат сочетания отвратительного мещанского вкуса, средств, впервые в неограниченном количестве попавших в руки вечно нищего субъекта и безумной фантазии вышеозначенного. Министр несколько долгих минут разглядывал нелепое строение, причудливо разбитые клумбы и фонтан, похожий на взбесившегося трехглавого пса Хагрида. Оценив причиненный ущерб, резким движением пресёк беспомощный лепет о старании да радении, и саркастически поинтересовался, почему-то у своего помощника, добрался ли гений дизайнерской мысли до внутренней отделки дома? Белобрысый помощник, все время обхода территории державший у носа надушенный платок, позволил себе намек на улыбку и заверил министра, что "Профессору была выдана ничтожная сумма. Мы думали , - ехидничал их бывший ученик, - что максимум, на эти деньги он покрасит фасад и разобьет клумбу. Недооценили. Но комнаты пока не пострадали. Распорядитесь, продолжать ли финансирование идей профессора Люпина?" Стоит ли говорить, что на следующий день в поместье приехала мать помощника, миссис Малфой, и с полного попустительства министра устроила жилье изысканно, идеально и геометрично. Правда, трогать что-либо снаружи Нарциссе не позволили - то ли испугались мертвых от огорчения глаз незадачливого архитектора, то ли сочли нецелесообразными новые траты. "Но Северус, - надменно удивлялась миссис Малфой, - как можно жить в апофеозе пошлости? Цветы вульгарны. Здесь должен быть газон, травинка к травинке, в холодных, изумрудно-серебристых тонах. У фасада гармонично смотрелась бы аллея из пирамидальных деревьев семейства кипарисовых. А фонтан? - красавица недоуменно передернула плечами, - прошлый... Нет, позапрошлый век! Сейчас такие фонтаны не ставят. Изящная труба по периметру твоей резиденции, включается простым заклинанием, и - струи воды создают эстетичные треугольники, заодно поливая газон".

"Вы не любите цветы, миссис Малфой? - Ремус пытался казаться спокойным, но максимум что получалось - это быть вежливым, - разве, природа, даря нам тропический лес или луг, веселящий сердце клевером, ромашками и горечавкой, экономит краски? И я думаю…"

"Северус, - миссис Малфой не сочла оборотня достойным ответа, - эта тяга к хаосу, присущая всем темным существам, опасна для твоего блестящего положения. Сексуальные предпочтения - поверь, у меня широкие взгляды, дело исключительно твое, но скандал из-за дружбы с этим человеком неизбежен. Если снести эти неэстетичные кусты, - женщина показала на заросли жасмина, - можно сделать отличную площадку для физических упражнений. Ты его неприлично раскормил. Отвратительно так распускать себя".

В дальнейшей беседе Ремус не участвовал, позорно сбежав с места своего тотального провала. Министр тоже разозлился. Как посмела миссис Малфой подвергать критике результат тщательно разработанной им программы по оздоровлению и стабилизации жизнедеятельности его личного оборотня? А каких титанических трудов стоило, заставлять Люпина есть, когда последний был не голоден, по часам? И не то, что Ремус любил, а полезный организму набор минералов, углеводов и белков? Министр прорычал сквозь зубы благодарность за проявленный энтузиазм и невежливо выставил прекрасную гостью вон. А потом долго толковал расстроенному и униженному оборотню, что такие мелочи, как чужое мнение и критика, не заставят его отказаться от правильности проводимых им мер по обеспечению счастливой жизни отдельно взятого профессора Люпина. Таким образом, министр и его неофициальный спутник жизни оказались владельцами поместья странной формы, снаружи напоминавшего рождественский пудинг, а внутри – склеп в серых, зеленых и черных тонах. Последним штрихом ландшафтного дизайна явился забор. Мрачные, угрюмые, создававшие у посетителей поместья ощущение непрошибаемости и одиночества, не имевшие выхода, каменные стены нависали над пространством сада. Изумленные волшебники, из редкого разряда людей, имевших право задать вопрос всесильному министру, интересовались, зачем

такие гнетущие и нефункциональные строения, если стоит магическая защита? Тот туманно объяснял, мол, кое-кто слишком часто теряется, слишком любит пускать в дом Мерлин знает кого, а потому этому кое-кому полезно постоянно иметь перед глазами границы собственной свободы. А ему, Северусу, будет спокойно. И визуально радостно. У него, министра, тоже имеется вкус. И профессор Люпин пусть гордится, чувствуя себя редким цветком, стены – кадкой, а министра – хозяином бесценного сокровища. Он, Северус Снейп тоже романтик. На свой манер.

* * *

Ремус с утра чувствовал себя омерзительно. Сердце тревожно ныло, а посторонний запах, явно ощутимый даже через одуряющий аромат цветов мешал оборотню нормально дышать. Он даже решился спросить одного из мрачных стражей, не чувствует ли последний серу в воздухе. Аврор отрезал "нет" и отвернулся. Глава их департамента, миссис Уизли, каждое утро, инструктируя отряд, охраняющий поместье министра, меняла цвет волос с розового на ядовито зеленый и шипела не хуже самого министра: "Кто не хочет неприятностей с великим и ужасным, - в этом месте речи губы начальницы насмешливо кривились, - министром магии, не должен вести никаких бесед с его садовником. Министр болезненно относится к длинному языку собственной прислуги". В аврориате люди работали сообразительные, дело знающие туго, и первоначальные попытки мистера Люпина пообщаться разбивались о гробовое молчание. Вот и вышло, что поговорить Ремусу было абсолютно не с кем. Занятый учебой Гарри приезжал редко, сам он за черные стены почти не выбирался - министр не любил отлучек своей собственности, а преподавание, после принятия министром высокого чина, пришлось оставить. А сам господин его сердца так уставал за рабочий день от пустопорожних бесед, что вернувшись домой, немногим отличался от статуи Салазара Слизерина в натуральную величину, дизайнерским решением миссис Малфой, служившей в прихожей вешалкой для мантий. Тоска...

Ремус тяжело поднялся. В глазах резвились черные мушки, от запаха серы разболелась голова, даже сад перестал радовать.

- Если цветами никто не любуется, они теряют красоту. Я пытаюсь подарить вас, а мне говорят - не нужно. Что я не имею права распоряжаться имуществом министра. А он даже не замечает вас, - пожаловался своим единственным слушателям оборотень.

- Может, его заколдовала Снежная королева? Хотите, я расскажу вам про эту холодную даму? Конечно, - поморщился Ремус, - я неважно себя чувствую, но вам тоже плохо от этого запаха. А хорошая сказка заставляет забыть о горестях, одиночестве и боли. Хотя, зачем горевать, если у вас есть я, и о каком одиночестве можно грустить, если нас так много? А боль…уйдет, правда?

- Правда. - Ремус вздрогнул от неожиданности. Он, чуткий и осторожный, не слышал ни то что шагов, даже колебания воздуха, и первая испуганная мысль оборотня была, что он в своем многолюдном отшельничестве докатился до психического расстройства. "Неужели цветы начали мне отвечать? Голос какой-то нечеловеческий. Почему я ничего не услышал или не унюхал?"

- Полноте, мистер Люпин. Вы в здравом уме, несколько замучены бездельем, ну да нет ничего непоправимого, любезнейший мистер Люпин.

- Здравствуйте, - автоматически произнес Ремус, и попытался повернуться резким движением, поражавшим любого, кто не знал, что в громоздком теле человека спрятан лесной зверь. Увы, как будто железный каркас сковал мышцы, мешая даже простому кивку головой.

- Прекрасное утро, милейший мистер Люпин. Неудобно? Секунду, и вы ничего не почувствуете. Хочу предупредить вас, что господа телохранители не видят меня. Не нужно неуместным восторгом при виде моей скромной особы повергать их в изумление. Вы меня понимаете, достойнейший мистер Люпин?

- Если я закричу, вы их убьете?

- Да что вы, откуда столь кровожадные мысли? Не я запалил их костер, и не мне вытаскивать из него поленья. Вы же умнейший человек, мистер Люпин, уже сообразили: причинять вам какой-либо вред не в моих планах. Ибо, в противном случае, ваш министр бы уже лил горькие слезы над своим узником.

- Я не пленник, вы путаете, - смутился Ремус, - я поговорю с вами, отпустите меня, пожалуйста.

- Простите великодушно, я думал, если паука посадить в банку и накрыть стеклянным колпаком, его обиталище будет тюрьмой, невзирая на суть вещей. - Ремус почувствовал, что оковы растаяли, и обернулся, готовый яростно защищать свое положение в этом замечательном месте. - Но, вижу все зависит от точки зрения паука. Это аллегория, любезнейший, не трудитесь обижаться.

- Меня зовут Ремус Люпин. Это мой дом. Почти. Ну, я тут живу, - Оборотень застыл, - Ох…

- Да, - улыбнулся собеседник, - вы меня ни разу не видели, но "унюхали"... Неизящное выражение, не находите? Куда лучше звучит "вдохнули присутствие", или…впрочем, я отвлекся. Вы чувствовали мое присутствие, запах, но не могли соотнести. Сейчас вы думаете, что поняли кто я. Я знаю кто вы. А в глазах ваших вижу лишь изумление, никак не страх, это похвально. Меня не надо бояться. Страшнее нас самих, вряд ли существует зло, не так ли, милейший мистер Люпин?

- Я читал о вас. Вы - тот, кого магглы называют "Дьявол"?

-Вы чудесный собеседник, мистер Люпин, - улыбнулся приятный сюрреалистический господин. В его внешности не было ни одной симметричной черты, кроме двух аккуратных рожек, почему-то растущих не на лбу, а за ушами, одно из которых было круглым и оттопыренным, а второе - длинным, покрытым белой шерстью, но тоже изрядно торчащим в сторону. - Вас сейчас волнует вовсе не то, что к вам заглянул такой посетитель... Неправда ли, "гость" звучит, слишком интимно, а мы с вами, увы, только начали знакомство. А почему вы нигде не читали, что темная сила значительного ранга, посещает мирных волшебников? Просто прелестно.

- Я вижу вас, потому что я оборотень?

- Вы чудо как сообразительны! А книги - врут. То есть, определенный тонкий слой правды там есть, он оставим магглам разбираться с порождениями их учений и приблизимся к предмету нашей беседы.

- Может, пойдем в дом? Я приготовлю чаю или выпьем чего покрепче? Вот про ваши пристрастия в еде книги расходятся.

- Увольте, к чему хлопоты? Но мне приятно. Да и ваш сад настолько совершенен, что располагаться в нем - удовольствие для души и праздник для глаз. Чему вы удивляетесь, милейший? Что у такого как я есть душа? Конечно, нет… Тому что я чувствую совершенство природы? Я ошибся в вас…Интересно, это замечательный признак, с вами не скучно...

- Душа присуща любому живому существу, пока он не отказывается от нее добровольно. - Ремус указал рукой на террасу, - прошу вас, пойдемте, присядем, мне неловко, что вы стоите... Или пока он ее не расщепит на слишком большое число частей, что она утратит целостность.

- Верно, милейший мистер Люпин. О! Ваши розы просто великолепны.

Оборотень просиял и, оцарапавшись несколько раз до крови, сорвал большой красный цветок:

- Возьмите, прошу вас. Ой! Я не знаю, вдруг вы просто пытаетесь улестить меня, но зачем? И роза вам не нужна...

- А вы только что пролили кровь ради меня, - собеседник засмеялся, - наконец-то я вас испугал. Естественно, не ради меня, а ради гостя, одобрившего ваш труд. Разница тонка, но она есть, добрейший мистер Люпин. И я люблю цветы. А так же никогда не льщу. Вас просто обижают невнимательностью, и вы не верите, что может быть по-другому.

- Неправда. - Ремус покраснел. - Меня замучили заботой, то есть, я счастлив.

- А это второе условие, - нежно улыбнулся посетитель, - счастливые люди меня не видят. И счастливые темные создания тоже. Хотя, на моей памяти было таких, раз два, ну, если еще этого посчитать…нет, не было таких. А теперь, когда мы сели, и вы дали мне залог своей приязни, позволю себе объясниться. Вы знаете, что рай и ад существуют?

- Да. Магглы называют так…

- Стоп. Они правы. Все что существует, в их головах существует и вне них. Если б я явился, как вы называете, магглам, они бы назвали меня дьяволом и были правы, но я не он. Вы, именуя меня этим словом, ошибетесь. Я - Завесник.

Ремус на мгновение оглох и ослеп. Руки оборотня сами по себе начали вытаскивать из потрепанного свитера крупной вязки нитку за ниткой и накручивать на носик лейки. Собеседник ухмыльнулся, глядя на бледного Ремуса, и довольно щелкнул лиловым языком.

- Мне кажется, мы быстро договоримся. Я пришел за вашей помощью.

- Вы? Погодите... подождите…я запутался. Что я могу сделать? Как это отразится на моем министре? Вы хотите причинить ему боль? Забрать меня? Но…я не хочу. Я не смогу без него.

- А разве он не выкрал вас из-под венца? Презабавная, кстати, история! У прелестной невесты крадут никчемного жениха. Потом возникает приязнь похитителя к его невинной жертве... или добыче? Вы как предпочитаете, добрейший мистер Люпин? Затем - победа над общим врагом. Какой сюрприз был узнать, что коварный похититель, злобный убийца - милейший человек и истинный патриот вашего, а потому правого, дела. А чистейший страдалец, павший от руки подлого предателя при помощи детского фокуса с оборотным зельем, уделал коварного злодея, как мальчишку. В пыль растер. Доверчивость и жажда поверить в желаемое – страшные вещи. Да, благороднейший мистер Люпин?

- Не понимаю, что в этом плохого, - продышался Ремус, - Вот я верю людям и... - оборотень запнулся под насмешливым взглядом глаз, менявших цвет, как стеклышки в калейдоскопе.

- Любезнейший мистер Люпин, вы вспомните, чего вы желали. Чему радовались. Большая разница с мечтами того несчастного, возомнившего себя вершителем судеб.

- Но Альбус тоже заставлял людей. Неправильно! Он делает столько добрых поступков, пытается воспитать хороших людей, старается, - Люпин горячо прижал руку к сердцу, - взять хотя бы алконитовое зелье! Да, он просил Северуса, уговаривал, но не поступи он так, я бы никогда не смог быть нормальным человеком!

- И дальнейшее подтвердило его правоту. Теперь вы ни в чем не нуждаетесь, не так ли? Если конечно про вас не забывают.

- Министр заработался, - вспыхнул Ремус. - Я не понимаю, что вы хотите? Вам нужен он? Я не отдам. Я буду бороться, даже с вами.

- Почему вы разумны, только когда речь идет о вас? Не нужен никому ваш министр. Даже представить боюсь, как выдержит наша приличная обитель, когда придет его срок, - Завесник показательно закатил глаза и тут же распахнул обратно, - Теперь, о деле. Вы должны забрать мистера Сириуса Блэка. Терпения моего больше нет.

- Куда?

- Откуда. Остальное - не мое дело. Но. Есть одно условие. Вы можете не узнать его. Да, вот такая интересная деталь. Тогда вы останетесь у нас. Увы, это условие.

- Я? Почему?

- Мне обратиться к мистеру Поттеру? Либо вы, либо он. Больше никто не имеет права.

- Ни в коем случае.

- Я пошутил, добрейший мистер Люпин. Он не справится. Вернее зайти сможет. Выйти - это под силу только темному существу. Итак?

- Я хочу спасти Сириуса. Но как же так... Он не простит меня. Не простит. Вы меня обманываете. Сириус не темное существо, он не сможет покинуть завесу. Зачем так зло? Северус подумает, что я изменил ему. Что я... не могу даже думать! Он без меня такой нервный. Не простит. Мне страшно.

- Раз в сто лет, - скучающе глядя в сторону, заметил гость, - я имею право вышвырнуть особо надоедливого типа. И хотя век только начался…Что я распинаюсь? Вы же прекрасно знаете вашего друга! Его ровный покладистый характер. А потом, - Завесник наклонился к самому уху Ремуса, - вдруг он найдет способ, покинуть наш мирок. Ну, да или нет?

- Если вы здесь, он уже нашел. Да.

- Уверены?

- Нет.

- Что вы колеблетесь? Вы не женитесь, решительнее!

- Да.

- Да?

- Если я не вернусь, мне лучше вообще не возвращаться. Понимаете? - Ремус нервно вцепился в остатки свитера.

- Все зависит только от вас. Как всегда и везде. Мне было приятно ваше общество, но увы - дела, хозяйство, знаете ли. У нас там так замечательно, тишина, покой, огоньки...

- Костры? Людей варят, - Ремус посерел.

- Вы меня утомили своей начитанностью и безоглядной верой печатному слову. Прощайте.

- Я иду. - Дрожащей рукой Ремус попытался остановить Завесника и с визгом отдернул ее.

- Вы желеобразный!

- Какая смешная придирка! Вам приятнее касаться бархата? Извольте, милейший. И вы правы. Не пойди вы со мной, через год сошли б с ума от мук совести.

- Нет. Северус не дал бы, - мрачно заметил Ремус и взял матерчатую руку...

* * *

Все предметы, все чувства окружавшие оборотня растаяли. Он оказался внутри тряпки, колышущейся на ветру. Не было холодно. Не было жарко. Не было страшно или больно. Было никак.

Прошла вечность. Впрочем, когда Ремус ждал министра с работы, время тянулось так же медленно. Смешно и страшно. Он летит Мерлин знает куда, за Завесу, а думает о том, как разозлится Северус, опоздай Ремус к ужину. Надо было предупредить провожатого, что ему нельзя задерживаться. И так неловко получилось, что он исчез не предупредив. Некрасиво. Скорее бы все кончилось. Нужно представить, что он уже вернулся с Сириусом, они за руку идут по желтой дорожке, счастливые, и их встречает радостный Северус... Нет, не складывается. Как он сможет уговорить Сириуса идти с ним за руку? Детский сад, какой-то. Просто они шагают рядом, песок скрипит, дверь дома распахивается и выбегает Северус... Интересно, он сразу их изничтожит или сначала впихнет в беглого сожителя ужин? Оборотень заулыбался. Хорошо, что друг будет рядом. Северус сразу все поймет. Что Ремус ему не изменял, а добрый поступок совершал. Но лучше не заставлять министра нервничать. Стоп…еще же надо заставить радоваться Сириуса! От такого простого соображения Ремус зажмурился. Вляпался. Ладно, Сириуса он заткнет, а министр? Может, попросить любезного господина Завесника написать Северусу записку, мол, отсутствовал Ремус по уважительной причине, помогая страждущим? Замученной Блэком темной силе? Северус знает Сириуса, должен посочувствовать. Когда же они прибудут? Тут ткань, опутывающая Люпина, начала быстро разворачиваться. Несколько секунд он чувствовал себя стержнем веретена. Еще миг и головокружительная карусель прекратилась. Ремус открыл глаза.



- Добро пожаловать. Как вам нравятся мои владения, дорогой мистер Люпин? Вы прекрасно держались, не замочили меня, - спутник Ремуса опять выглядел порождением сознания художника-сюрреалиста, - хотите присесть, отдышаться? Наш путь не близок.

- Я не устал. А куда мы пойдем? Так чисто... Я наслежу.

- Не стоит здешний пол вашего беспокойства, вы идите вперед, здесь любое направление верное.

- Стена, – Ремус огляделся. Стерильная белизна небольшой комнаты походила на кафель лечебницы Святого Мунго, - я смогу пройти сквозь нее?

- Это не стена, это границы вашего восприятия моей скромной обители. Вы не любите белый цвет?

- Он больничный. И луна. В полнолуние я вижу ее белой, как саван.

- Она для вас не невеста, а смерть? Забавно.

- Ничего смешного я не вижу. Луна делает меня зверем, а Северус, он такой добрый и благородный борется с ней... Я не опоздаю к ужину? Ему вредно волноваться.

- Один ваш коллега, некий мистер Грейбек... Вы знакомы с этим скучным типом? Он очень раздосадован отсутствием в моем мире луны. Представляете, он вынужден быть уродливым нестрашным карликом.

- Последний раз, - Ремус попытался дотронуться до белизны, - приехал Гарри и пригласил меня на квиддич. У него был портключ, я соблазнился перспективой немного пообщаться с мальчиком, и когда Северус нашел меня, на игроков никто из наших соседей уже не смотрел. Грейбек не был с нами на квиддиче, неприятный тип. Его убили. Почему он здесь? Все обсуждали, как я мог сбежать из дома, пока Северусу не надоел устроенный им же балаган. Тогда он взял меня за шкирку, очень непристойно получилось, я преподавал, а вокруг студенты, но Грейбек здесь не при чем.

- Понимаю, - Завесник покачал головой, - осторожно, шагните вперед, не бойтесь.

- Я боюсь опоздать, - откровенно признался Ремус, - не понимаю, я ничего не чувствую, вокруг нас отражение молока? Я не люблю молоко, в нем пенки, а Северус считает их полезными.

- Здесь нет отражений. Я буду смотреть через ваши глаза, мне так удобнее объяснять вам, где мы идем, хотя, вы, похоже, не слушатель, милейший мистер Люпин. Вернее, вы воспринимаете слова единственного человека.

- Что вы, я просто немного волнуюсь. А так понимаю все, что вы мне говорите. Ничего не вижу, как я найду Сириуса? Даже запахов нет. Как может существовать мир без запахов? Без цветов?

- Помилуйте, любезнейший мистер Люпин, не об этом ли вы мечтали? Не вы ли проклинали свою способность чувствовать аромат настроений, и страхов? Не вы ли так долго уговаривали себя, что вам, человеку действия, любящему общение, нравится копаться в земле и растить разнообразную флору? Вы же боитесь возненавидеть книги, не так ли?

- То, что вы говорите – правда, но неправильная, извращенная. Я жертвовал сознательно. Северус, например, тоже от многого отказался.

- Несомненно, - захихикал понимающий собеседник, - от любимой работы, толпы восторженных друзей, преданности учеников, отвлеклись мы, милейший мистер Люпин. Вы что-нибудь видите?

- Коридор. Двери. Похоже на Мунго.

- Сколько впечатлений у вас от этого учреждения.

- При чем тут мои впечатления? А сову нельзя послать? Чтобы Северус не волновался.

- Знаете, уважаемый мистер Люпин, я недооценивал вас. Пожалуй, вы в чем-то подстать мистеру Блеку.

- Нельзя, наверное. Совы же птицы, они не бывают темными созданиями, я вспомнил.

- Вас тоже трудно унять. Я начинаю сомневаться, не рано ли я воспользовался своим правом выгона.

- О! Ужасно! Смотрите, смотрите! Они живут в таком порядке? Двигаются по клеточкам? А эти часы, Мерлин…я откуда-то знаю, что эти несчастные существует поминутно. Но, как можно действовать в постоянном режиме? Это вредно.

- Отнюдь, милейший мистер Люпин. Эти волшебники жаждали образцового порядка в обществе и личной жизни. Стать колесиком единого механизма явилось пределом их мечтаний. Они получили исполнение своего заветного желания.

- Северус тоже любит порядок, какой кошмар, я не хочу...

- Забудьте, живя с вами, министр давно махнул рукой на свою тягу к педантичности и упорядоченности. Разве реально любить вас по часам или научить вас ставить тапочки рядом? Во что вы превратили свое жилье, когда последний раз искали волшебную палочку? Палочку вам министр простым ассио вернул, а устроенный бардак даже не заметил. Привык.

- Вы меня успокоили. А в этих комнатах что? Почему люди проходят друг мимо друга? Они не видят сокамерников? Странно. И все разговаривают. Сами с собой, за что? Их же много. Неужели не могут найти собеседника?

- Зачем? Эти люди мечтали избавиться от окружающих тупиц и найти достойного себя спутника, но не видели равных. Тогда они раздражались и мечтали. Нет, не об одиночестве, о немой аудитории. Все условия соблюдены.

- Невозможно. Просто бред какой-то. Я должен рассказать об этом Северусу! Он тоже иногда жалуется на окружающих идиотов, но поверьте мне, он чужд мании величия! Он отзывчивый, нежный и... Почему вы меня не слушаете?

- Обычно устают от меня, но вы уникальны. Я начинаю думать, что лучшее, что я могу сделать, отправить вас быстрее обратно. И воспользоваться своим правом, когда придет ваш черед.

- Простите, не понимаю. – Ремус остановился, вытер пот со лба, и перевел дух. – Я должен молчать? Пожалуйста. Просто вы были так любезны... Я подумал, вам здесь тоже грустно одному. То есть, просто вам грустно. Без «тоже».

- Вы правы, милейший мистер Люпин. Я зря вас обидел, своим глупым экзерсисом. Вы заинтересовались тем залом с экранами?

- Мерлин, это шпионы? Что делают эти волшебники? У них такие странные палочки. Почему они ползают по помещению, эти кляксы - следы? О! Удлинители ушей и телескопы для глаз! За кем они следят? Что за тени вьются около этих несчастных? Им больно! И как же они злы...

- Это ревнивцы. Видите ли, это - люди странной породы. Знаете, о чем они мечтают? Ну, откуда, нет, конечно. Не о том, чтобы их подозрения оказались ложными. И не о том, чтоб любили их. Они больше всего хотят подтвердить свои подозрения. Здесь они только этим и заняты. Не правда ли, наш мирок – одно сплошное счастье?

- Неправда. Я хочу что-нибудь сделать для них…Может, отобрать удлинители ушей? Или я поговорю с ними? Объясню, что ревновать живущих отсюда глупо. И даже не думайте, Северус меня никогда-никогда не ревновал! Нет! Он доверчивый и уважает чужую свободу! Он меня один раз отпустил с Артуром Уизли выпить пива! И через час пришел, забрал и проводил до дома, он очень-очень заботливый. А с Биллом не отпустил, не помню почему.

- Разорвут они вас. Ревнивцы глухи. Мне на это наплевать, но тогда Блэк еще сто лет будет украшать собой мою жизнь, а я старенький, покоя хочу.

- Какой же вы старенький? Вы дух вечный. Могли бы потерпеть, - жестокий Ремус развернулся и бодро направился в сторону стайки увлеченных слежкой волшебников. Через десять минут он остановился. Зала не приблизилась ни на шаг. Более того, обернувшись, в шаге от себя оборотень увидел радушного хозяина, со скучающим видом изучающего пол.

- В чем дело? Почему я на месте? – Завесник с показным огорчением развел руками.

- Вы, дражайший мистер Люпин, кого-нибудь когда-нибудь ревновали?

- Конечно. Профессора Дамблдора.

- Кого? – Если бы темные силы, или духи, или нечисть - кто знает, к какому разряду принадлежал Завесник, могли терять дар речи от изумления, то сейчас был именно тот случай. Бедный проводник Ремуса даже лицо сменил на более кубическое, - Кого? У вас очаровательный юмор.

- Я его ревновал ко времени. Моя небольшая работа по особенностям воздействия окклюменции на организм оборотня требовала опытной проверки, и я ждал, когда у Альбуса найдется время, чтобы помочь мне завершить мой труд.

- Да, я понял, что вы имели в виду. При таких условиях вам еще лет триста к залу идти. Я подожду, мне торопиться некуда, а вот ваш министр…

- Я же не знал! Пойдемте скорее к Сириусу! Но, неужели им нельзя помочь?

- Показать место, где содержатся волшебники, думающие, что они способны совершить невозможное и никому не нужное деяние?

- Почему же ненужное? Им плохо!

- Нет. Они счастливы. Только, чтобы понять их удовольствие, надо быть ими. Вы никогда не вытаскивали саламандр из огня? Для спасения оных? Во время учебы? - Ремус покраснел и молча пошел вперед.

Залы сменяли комнаты, и везде находились волшебники, занятые непонятными делами. Коридор расширялся, но идти становилось все утомительнее. В какой-то момент закололо сердце. Потом заломило виски. «Что же с моими ногами, - в панике пробивался сквозь пульсирующую струю головной боли голос разума, - вены порвутся. Кровь вытечет. Как я дойду до Сириуса?» Завесник не обгонял, шел след в след, изредка комментируя оставшиеся за их спинами помещения - мол, здесь, содержатся диванные властелины мира, видите, как им хорошо лежать на модели земного шара масштабом 1 к…, впрочем, вы не знаете, таких цифр. Вы знаете этого красноглазого господина? Не правда ли, он симпатичный? Как не видите? А, ну да, но глазки – то видите? Ремус рванулся, было, окончательно изничтожить проклятые «глазки», но поскользнулся. А выпрямившись, не обнаружил ни множества пестрых глобусов, ни их седоков. Он стоял внутри улья. На Ремуса сквозь сотни прозрачных ячеек смотрели волшебники. Смеялись, показывали пальцем, а потом, видимо, соскучившись столь унылым зрелищем, отворачивались и приникали к маленьким окнам, разделявшим соты.

- Это кто, сплетники?

- Почти. Завистники, - любезно объяснил возникший рядом Завесник.

- А они разве не подглядывают за соседями?

- Они видят только несчастья. И торжествуют. Одна беда, картинка не меняется. Мистер Сириус, кстати, тоже был здесь. Смотрел, как вы пожираете министра.

- Что??? Что я делаю???

- Вы ужинали бывшим профессором Снейпом. Одна беда, ваш министр был в глазах мистера Блэка юным, тощим и беззащитным. Он два дня наслаждался зрелищем, а потом пожалел. Вас и министра.

- Бред какой...

- И тут же стекло лопнуло, а Сириус Блэк перестал видеть такое шикарное зрелище.

- Если все они…пожалеют…

- Что вы! Такого не случится. Мистер Блэк первый на моей памяти, кого я не способен осчастливить.

Ремус остановился и положил руку на грудь. Попытался поймать сердце, казалось, занявшее все его тело. Мысли путаться перестали «Я должен дойти», и шаг за шагом, двинулся вперед, а в ухо, изматывая оборотня, зудел Завесник. «Посмотрите направо, милейший мистер Люпин, окклюменция - прекрасное умение, им можно пользоваться бесконечное множество раз, пожирая чужие мысли, да только врываясь на чужое поле, разрушаешь свое, не так ли? А если вы оборотитесь, увидите жертв покоя. Вы ведь тоже считали статичную безопасность панацеей? Их каменные мешки похожи на ваш, не находите? Не обращайте внимания, здесь собрались любители интриг и закулисных игр, им созданы все условия для проявления способностей. Что? Не видите связи между их старанием разбить мой монолит и их же профессиональной деятельностью? Разрушение, приятнейший мистер Люпин, и тут и там. А мы почти дошли».

- Я не могу. Я умру сейчас.

- Вы замечательно держались, просто эмоции здешних обитателей пожирают вас. Представляете, каково мне? А еще мистер Блэк, который рушит любую налаженную систему, попадая в нее. Про завистников я вам рассказал, стекла – вдребезги. Ладно б только у него, но и у соседей. А лабиринт для умников, желающих запудрить мозги ближним? От него остались руины, и кому простите, восстанавливать? Мне. Осторожнее, если я дотронусь до вас сам, а не в ответ на ваше прикосновение, вы останетесь здесь. Поднимайтесь, потерпите еще немного.

- Как…как сюда…попадают…- Ремус стоял на четвереньках и пытался обнаружить в измученном организме хоть какой-нибудь скрытый резерв.

- Обычно. Если что-нибудь попросить у завесы, она обязательно даст. Только нужно знать заклинание. А оно весьма непростое и надежно спрятано. Но если очень захотеть узнать именно эти слова, и с теми целями, которые ставили мои жильцы, то ничего невозможного нет. Однако случаются несчастные случаи. Или внутриведомственные переводы. Ох, любезнейший мистер Люпин, и по ту сторону случаются накладки, нестыковки. Ваш знакомый с красными глазками попал сюда в силу множества различных желаний, подавить которые дружественная мне организация не в силах, а я вполне могу их исполнить. Вам осталось проползти буквально метров сто. И ваше желание исполнится!

- Си…ри…у…са.

- Нет, вы не будете чувствовать запахов, не будете слышать звуков, потеряете свое волчье чутье. Представляете, как вам будет чудесно? Только трудновато. Я забыл упомянуть, что из-за проблем с мистером Блеком, и тысячной доли коих я не перечислил, он сейчас собака. Но это ж сущая ерунда, вы столько раз видели мистера Блэка, что легко опознаете его из двадцати животных. Поднимайтесь, нам в синий пенал, вам сейчас станет легко.

Завесник не обманул. Как будто кто-то соломинкой продул кровеносные сосуды и уменьшил раздувшееся сердце до нормальных размеров. Ремус толкнул дверь, вошел внутрь и беспомощно всплеснул руками. За дверью находилась зеленая полянка величиной с квиддичное поле, а по нему, оглушительно лая, носились двадцать здоровенных черных кобелей.

- Я должен узнать Сириуса?

- И поймать, драгоценнейший мой мистер Люпин! Видите, он уже стену почти прогрыз? Я вам подскажу, так вы мне симпатичны. Мистер Блэк, настоящий мистер Блэк – только один. Остальные – фантомы. Тщательно наведенные. Разумеется, обладай вы прежними способностями, никакого труда опознать его не составило бы, но…Вы же мечтали избавиться от столь усложняющих жизнь проявлений? Так возрадуйтесь же.

- Вы с ума сошли! Они же бегают! Я чувствую, что не могу двигаться, как оборотень. Могу - как немолодой маг с отдышкой и пузом.

- А мне то какая разница? Это может быть неплохо - мистер Блэк займется вами, вы - им, а я всем остальным контингентом. С другой стороны, - внезапно разгневался Завесник, - если один Блэк чуть не устроил в этом тихом месте революцию, то что вы сможете сотворить вдвоем?! Пройдет месяц, и мое теперешнее существование будет казаться оазисом мира благополучия и спокойствия!

- Какой месяц!!! Меня Северус убьет, уничтожит, превратит в коврик на пороге сторожки Хагрида, я на ужин опоздаю! Не мешайте! Я буду думать. У вас есть колбаса?

- Это грязные технологии любезнейший мистер Люпин. Хотите подманить собачку на еду? Даже не думайте. В моем мире нет вкуса, - захихикал Завесник.

- Но я проголодался, - окрысился Ремус и подтянул ремень, - не мешайте. Меня министр ждет. Сириус! Иди ко мне. Иди, мой хороший, – одинаковые, как помпоны суппорта сборной Африки на последнем чемпионате мира по квиддичу, волкодавы окружили Ремуса с одинаково утробным рычанием.

- Они кусаются?

- Хуже. Они вас разорвут, милейший мистер Люпин, если вы быстренько не выберете нужного. Хотите знать, почему я стремлюсь вышвырнуть из этого очаровательного места вашего приятеля? Не могу удовлетворить все его желания. А он мутит мысли остальных волшебников. Подбивает на побег. А ведь как только весь этот зверинец возжелает одного – завеса рухнет, а я стану не нужен.

- Они сейчас бросятся?

- Да. Помните, мой дорогой мистер Люпин: хватаете Сириуса – вы дома, у министра, но если вы ошибетесь... Что ж, вам здесь понравится...

- Прекратите, - Ремус был зол, не меньше, чем окружающие его животные. – Вы не представляете, что начнется, останься я у вас. Вам Сириус покажется невинной овечкой, а когда за мной придет Северус…

- Фас!

В первую секунду ничего не произошло. Только собаки перестали лаять. А потом первый черный зверь кинулся на спутника оборотня. Второй, третий. Одинаково страшные, с пустыми глазами и острыми клыками.

- А ну брысь! Стоять! Не сметь! Сири, ко мне! Сири!!! – Ремус ринулся в черный клубок и схватил за загривок ближайшего кобеля. Свора взвыла. Оборотень закрыл глаза и провалился в небытие.

* * *

Тощий черный человек осторожно присел на край старинного кожаного кресла. Кресло прицельно врезало круглым шаром подлокотника по острому локтю. Человек вздрогнул, но решительно придвинулся к столу. Кресло ненавидело человека. Человек терпеть не мог кресло. Теплое, когда он садился, кресло через некоторое время становилось ледяным. Вдобавок сквозь кожу сиденья периодически выскакивала острая пружина и жалила. «Странно, - говорили человеку, - это удобное кресло, министру Скримджесу очень нравилось. И соответствует интерьеру. Вы в нем такой грозный и величественный!» Все вещи в огромном кабинете подходили креслу. Стол, брыкавшийся не хуже породистого скакуна, шкаф красного дерева с дверцами – ловушками для костлявых пальцев человека, лампа, светившая строго в глаза и огромная хрустальная люстра, со снайперской точностью осыпавшая человека лиловыми подвесками. Черного человека раздражала багрово-розовая гамма кабинета. «Странно, - удивлялись его вкусу, - здесь все так располагает к работе! Посмотрите, какие шикарные гардины! Бордовый - изумительный цвет! Господин министр, этот кабинет поражает воображение посетителей. Ваш имиджмейкер подобрал новые костюмы, через десять минут примерка». Кабинет презирал нового хозяина. Он был ничтожеством и совершенно не смотрелся в роскоши дизайнерской мысли предыдущего владельца, министра Скримджеса. Человек прижал стол локтями, закрыл глаза ладонями и застыл. Всё было ужасно. Так омерзительно, что хотелось бежать, но разве один из победителей Сами-знаете-кого и министр магии может исчезнуть? Даже если он давно понял, что должность ему опротивела. Что он муха в киселе, сладком, приторном и вяжущем.

Первое время слава и власть пьянили. «Самое меньшее, что мы можем сделать для человека вашего ранга – министерский портфель. Вы герой! Вы освободили мир от Темного лорда. Вы спасли тысячи невинных. Вы должны подписаться здесь, здесь и здесь! Потомки не простят вам ухода в сторону!» Какие потомки? Где были его мозги? «Один из скромных победителей вселенского зла! Пусть министерство возглавит самый достойный власти человек! Завтра будет два приема в честь вашей победы, вас ждет стилист. Уже готова речь. Вот распорядок вашего дня». Он убивает кучу сил в борьбе за независимость от собственного аппарата. Каждый его шаг комментируют журналисты. Поклонники великого министра требуют подробностей жизни кумира. Совы пчелиным роем носятся над министерством, почта заполонила половину здания. И это безумие не ослабевает – наоборот. И он может спастись только в проклятом кабинете! Подразумевается, что министр работает. Думает. Даже эти люди осознали, господин министр должен находиться в одиночестве. Сорок шесть минут ровно по протоколу. Сначала им владела эйфория. О, какая она была! Как он мечтал о славе, как ненавидел Поттера, который, пальцем о палец не ударив, получил известность, восторг, поклонение. Министра даже посетило пару раз чувство легкого стыда. Он не верил очкарику. Считал - мальчишка выделывается. А ему даже пожаловаться нельзя. Взрослому мужчине не пристало показывать свою слабость. Мерлин, как же он устал. И Люпин все время один. Министр с ненавистью рубанул стол ребром ладони. Стол ответил метким плевком чернил в длинный нос. Из-за спины министра выросла рука с салфеткой, и сладкий голос секретаря миссис Бонс проворковал.

- Господин министр, в понедельник вас посмотрит лучший магловский пластический хирург, и мы все поправим, давно пора, ваша красота будет пленять сердца еще больше, после небольшой помощи доктора.

Снейп окаменел. А секретарша, как ни в чем не бывало, продолжала жужжать:

- Господин министр, сейчас у вас встреча с представителями прессы, небольшая, на полтора часа, вы обсудите отдельные негативные высказывания граждан по поводу действия нового закона о лояльности к магглам, ни о чем не беспокойтесь, основную часть вопросов осветит мистер Уизли, вы должны произнести только заключительную ремарку, вот она, – перед Снейпом опустился небольшой сверток пергамента, и на сегодня ваш день закончен. Поторопитесь, господин министр, господа журналисты ждут, мы не можем дать прессе повод усомниться в вашей высокой ответственности и расположению к благодарному магическому миру, кроме того… - продолжала верещать дама, правда уже не так уверенно, Снейп нервно крутанул заусенец на пальце, - … посетим маникюрный кабинет, - искаженное лицо Северуса произвело на секретаршу грандиозное впечатление. Снейпа в министерстве раскусили быстро. Люди, думавшие, что стиль преподавания и стиль управления магическим миром, бывшего зельевара будут разниться, за год полностью разочаровались в своих надеждах. Снейп был авторитарен и решителен. И боялся только двух вещей - своей секретарши, дамы грозной, безапелляционной и тоже до истерики трепетавшей перед могучим министром и собственного кусачего кабинета. Северус подозревал всех. Он не мог верить в искренность многоэтажного монстра, на все лады твердившего, что он великий, несравненный, непревзойденный, хотя сначала ему это даже нравилось. Слепец. Как он был наивен! Альбус предупреждал его, отговаривал. Он помнит свою ярость. Все были против него! Он всегда был костью в горле у Ордена. Ревность и зависть - вот что думал Северус, на все дружеские предупреждения. Конечно, им противно, что героем оказался не румяный свежий юноша, их любимчик Поттер, а он, страшный сальноволосый подлый шпион. Гнев застилал все потуги Снейпа мыслить логически. Последнее, послепобедное собрание Ордена в Хогвартсе превратилось в грязную склоку. «Разве тебе не нравится преподавать, Северус?» мягко укорил Альбус. «Теперь магический мир будет подобием его уроков», - хихикнула дура Тонкс. «Министерские крысы тебя сожрут», - мрачно пророчил Хмури. Он, Северус Снейп, презрительно кривился и поливал бывших соратников грязью. А Люпин ласково улыбался и говорил, «Я буду во всем поддерживать тебя, но, по-моему, мы могли обойтись без этого высокого поста». «Ты всегда найдешь здесь помощь, Северус. Обращайся», - постарался смягчить ситуацию напоследок Альбус. Чтобы он обратился к сборищу завистников??? К Дамблдору? Конечно, легко быть честным и чистым, если в грязи утопали исполнители. Фламмель даже умер в шкуре Альбуса. Он, Снейп, с любой проблемой способен справиться самостоятельно. Он ни с кем не общается? Пусть скажут «спасибо», что разрешает Люпину встречаться с ними. Изредка.

- Да, господин министр, в коридоре ждет начальник Аврорского отдела миссис Уизли. Говорит, у нее для вас очень важная информация.

- Скажет по дороге в зал. Хирургу передо мной лучше не появляться. Маникюрный кабинет посещайте сами. Журналистам дадим тридцать минут. Северус встал и, поправив мантию, пошел к выходу.

- Министр Снейп. – Миссис Нимфадора Уизли слегка склонила голову в знак приветствия и, еле сдерживая триумф, провозгласила:

- Проживающий совместно с вами мистер Ремус Люпин бесследно исчез в 17-00 по Гринвичу.

В висок Снейпа воткнулся железный гвоздь.



От первого дня без Люпина у Снейпа осталось единственное воспоминание - бордовые лепестки роз, прилипавшие к подошвам ботинок авроров.

От второго дня остался масляный запах оружия маггловских полицейских, топтавших разноцветные клумбы Люпина.

На третий день Снейп обрел способность соображать, и, как следствие -анализировать сложившуюся ситуацию и процессы извне пустоты, оставшейся после пропажи Ремуса. Оказывается, он все это время ходил на службу и принимал важные решения. Оказывается, он потряс своим мрачным видом и саркастичными речами представителей министерства магической Франции и добился взаимовыгодных отношений, причем, взаимных с обеих сторон, а выгодных - только для магической Англии.

Оказывается, он не спал две ночи. Извел кучу пергамента, в бесплодных попытках найти логическую цепочку в исчезновении Люпина и придумал двадцать два алгоритма его возвращения. Он сварил пять котлов различных поисковых зелий, ни одно из которых не помогло найти Люпина. Он довел до истерики не только, авроров, но и вызванного на следующий после пропажи день, маггловского инспектора, а также напугал до потери голоса служебную ищейку.

В полдень третьего дня миссис Нимфадора Уизли положила перед ним доклад, в котором излагались сведения о том, что за истекшее полнолуние не зарегистрировано ни одного нападения оборотня на магов или магглов. Что в свете оперативно - розыскных мероприятий, состава преступления не обнаружено и улик, указывающих на предполагаемого преступника не найдено. В конце доклада выражалось удовлетворение от четкой работы всех силовых структур, как магических, так и маггловских и особенно подчеркивались успехи в установлении строгой секретности проводимых мер, на которой настаивал господин министр. Также предлагалось наградить личный состав аврориата и выражалась твердая уверенность, что пропавший Люпин исчез сам, использовав запрещенное заклинание волшебной неуловимости. Дальнейшие розыскные работы начальник аврориата миссис Н.Уизли считает нецелесообразными, в связи с пустой тратой средств и времени работников аврориата. По мере прочтения этого шедевра эпистолярной канцелярщины, Снейп все больше напоминал Зевса Громовержца перед беседой с провинившимися богами. Нимфадора сидела прямо и ничего не могла поделать с издевательской улыбкой, кривившей уголки губ.

- Это все, что вы можете мне сообщить, миссис Уизли? Человек не найден и вы считаете возможным отказаться от его поисков?

- А какой смысл, господин министр? Помнится, один раз мистер Люпин уже пропадал, и все кончилось просто прекрасно. Предлагаю вам, господин министр пребывать в уверенности, что это исчезновение и то, два года назад, - аналогичны. Подождите две недели, и Люпин объявится с новым спутником жизни. Вы же испытали на себе, каким притягательным очарованием обладает мистер Люпин?

- Нимфадора, беседа с вами доставляет мне редкое удовольствие. Я, кажется, понимаю, почему мистер Уизли предпочитает проводить время с драконами в Румынии, а не в семейном гнездышке. - Снейп впился взглядом в лицо молодой женщины, - Быть может, это вы решили выкрасть Люпина и пользоваться им в свободное от основного мужа время? Тогда беспомощность аврориата в вопросах розыска похищенных и расследовании преступлений меня нисколько не удивляет.

Тонкс вспыхнула от злости и скрестила руки на груди.

- А я совершенно не представляю, с кем сейчас может проводить время мистер Люпин, но уверена, где бы ни был Ремус, он искренне наслаждается удаленностью от вас!

- У вас нет никаких доказательств, что Люпин оставил меня добровольно, - министр говорил чуть усталым тоном, всем видом показывая, какой глупостью он считает подобную мысль. Еще бы исчезла противная сухость во рту, и руки дрожали не так заметно…

- Я разберусь, почему члены аврориата, в обязанности которых входила охрана моей загородной резиденции, проявили халатность и непрофессиональность!

- О, разве пропало ваше недвижимое имущество? Моим людям не давалось указаний, охранять узника, хотя я всегда подозревала, что...

Тонкс видела противника насквозь. Она не была ни злой, ни мстительной, но данный случай был особенный. Судьба дала шанс отомстить за прошлое унижение, когда Снейп выкрал ее жениха из-под венца, и, опоив склонностьразжигающими зельями, привязал к себе Ремуса Люпина. Не могла же эти двое полюбить друг друга! Проще представить страсть карася и порося.

Женщина усмехнулась

- За такой забор впору перевести пол-Азкабана. Хотя… я вас понимаю, министр - вы беспокоились о безопасности Люпина, и его счастье, странно, что вы не сдали столь ценное сокровище в ячейки Гринготса. Меня не удивляет, что даже потерявший всякое представление о самостоятельности, Люпин сбежал при первой возможности.

- Однако, он продержался дольше, чем мистер Чарльз Уизли!

- Ну, у меня же нет стен и охраны, - пожала плечами повеселевшая Тонкс, - мы прекращаем поиски, министр Снейп?

- А вы их начинали? - деланно удивился раздраженный министр, - Думаю, миссис Уизли, я доверюсь профессионалам. В последнее время, прикрываясь давно законченной борьбой с Темным лордом, аврориат разучился делать элементарные вещи. А под вашим руководством... Впрочем, не буду развивать эту тему. Готовьте ваших сотрудников к переаттестации. Я даже доволен, что создавшийся инцидент обнажил глубокий кризис вашего департамента. И советую вам в следующий раз хорошенько подумать, прежде чем называть разумные меры безопасности при содержании оборотня Азкабаном.

- Я свободна?

- Конечно. Я сам найду Люпина.

- Надеюсь, Ремусу повезет, и вы его не найдете. Прощайте, господин министр.

Женщина развернулась и вышла из кабинета, еле сдерживая желание вцепиться в волосы сальному ублюдку.

Снейп несколько минут сидел неподвижно, пытаясь унять душившую его ярость. Даже кресло, казалось, опасалось проявлять буйный норов. Потом медленно поднялся и, схватив чернильницу, изо всех сил запустил ею в дверь.

Бросил. Ушел. Не выдержал. Этого не может быть! "Я сам найду Люпина. Сам. Мне необходим Люпин. К кому бы он пошел, если эта стерва права. Кому бы рассказал о планах? Так…Поттер. Мне нужно на Гриммуальд-Плейс", министр Снейп стряхнул с себя двухдневное оцепенение, поправил мантию и покинул ненавистный кабинет.

* * *

Великий маггловский писатель был не прав. Все счастливые семьи тоже счастливы неодинаково.

Снейп прислушался. За дверью дома на Гриммуальд плейс 12 либо происходило решающее сражение между войсками восставших гоблинов и соединенных сил магической Англии, либо очередной, две тысячи первый раз, выясняли отношения владелец дома мистер Гарри Поттер и сердечный друг владельца - мистер Драко Малфой. Судя по шуму, воплям, лязгу и уханью - бушевала битва с гоблинами. Хотя, если рассуждать логически, даже двум армиям непосильно было создать бедлам, гремящий за каменными стенами родового гнезда Блэков. То ли дело сумасшедший крестник покойного Блэка и его еще более ненормальный приятель! Кстати, что он делает в рабочее время у мистера Поттера, коему положено догрызать гранит науки во Фламмелевском университетском центре? «Последний курс самый ответственный, - зазвучал в мозгу министра голос Люпина, - мальчик очень устает, он само усердие и прилежание!» Снейп неодобрительно покачал головой и открыл дверь. «Надо же, а Поттер не убрал меня из распознавателя. Забыл или Люпина здесь нет? Или Люпин ждет, когда я отправлюсь его разыскивать? Бред. Но, если Поттер его похитил, и держит силой, то запор не открылся бы. Да? Где же он прячет Люпина? Ну, Поттер, упаси тебя Мерлин, от подобного…Одним героем войн с Темным Лордом станет меньше. Да что тут происходит?!»

Будущая звезда тяжелого метлостроения не выглядела заморенной учебой. Более того, судя по резвости, с которой Гарри уворачивался от летевших в его сторону тяжелых предметов, находился в отличной физической форме.

- Как можно жить с таким мутантом, как ты, Поттер! Безумие! Ты способен любить только все человечество, никак не меньше! Один человек, да будь он хоть совершенством, да будь он хоть мной, никогда не получит от тебя и тени внимания!

Над головой рыбкой нырнувшего на пол Гарри просвистел чугунный череп - подарок Рона и Гермионы, долженствующий, по мысли дарителей, вызывать в счастливых обладателях глубокие философские мысли о тщете мирских желаний. Вручен он был на первую годовщину дружбы, как деликатно выражалась Гермиона, и спустя два года, наконец, пригодился.

- Драко, заткнись!

- Что я должен сделать??? Я породил чудовище! Я его воспитывал, - в сторону спрятавшегося за столом Гарри полетело мраморное пресс-папье, изображавшее смерть с косой. По замыслу дарителей (по иронии судьбы это опять были Рон и Гермиона), оно было призвано напоминать владельцам о скоротечности бытия, - я делал из него достойного члена магического общества!

- А чего тогда переживать из-за того, что я вечером выпью пива с Фредом и Джорджем? Они ведь часть магического общества? – Позволил себе фривольную шутку Гарри и чуть не получил по зубам очередным ценным подарком своих лучших друзей, фолиантом «Правильно ли, что я живу, не зная высшей арифмантики?» /Популярное издание, рассчитанное на широкий круг читателей/.

- Мерзавец! Сегодня, в день, когда исполнилось два года пять месяцев и тринадцать дней, как мы живем под одной крышей, и я начал подумывать о том, чтобы рассказать о тебе папе, ты бросаешь меня под идиотским предлогом бизнес-ужина? – Одетый только в галстук, - судя по всему, скандал возник утром, когда мистер Малфой - младший начал собираться на работу, - Драко оглянулся и увидел, что метательные предметы поблизости закончились. Возникла неловкая пауза, которой министр решил воспользоваться, и попытаться задать, мучающие его вопросы.

- Поттер, куда вы дели…

- Совесть!!! Совести у него нет!

- Мистер Малфой, вы можете... - лед в голосе Снейпа подействовал бы на юношей отрезвляюще в любой другой момент, но, увы, сейчас Драко не отреагировал бы даже на заговорившую Медузу-Горгону.

- Слышишь Поттер, что предлагает професс…тьфу, министр Снейп?! Посадить тебя в Азкабан!!! За измену Роди…тьфу, мне, что гораздо хуже!

- И опаснее, - хмыкнул решивший не перечить Снейп и предпринял второй заход, - Поттер ты куда дел…

- Честь? С чего вы взяли, что она была? – возопил Драко.

- Профессор Снейп, вы явились его подзуживать? Не старайтесь, хуже не будет.

- Будет! Если ты еще раз заикнешься об этих тварях, ставящих своим существованием под сомнение процесс эволюции, будет так, как тебе и в самых жутких эротических кошмарах не приснится! С участием брата Хагрида и твоей рыжей плебейки!

- Они - мои партнеры, - договорить Гарри не успел. С рычаньем, не посрамившим бы трехглавого Пушка, Драко ринулся на неосторожного спутника жизни. Наблюдая за головокружительной погоней забившись в узкую щель между мойкой и кухонным шкафом, Снейп думал, что большинство людских страданий происходит от неумения четко формулировать свои мысли. Он понял Поттера правильно. Совместный бизнес, партнеры. А Драко, судя по звукам, извратил смысл поттеровской речи и теперь бьет Гарри вешалкой по спине - когда догоняет, конечно. А они с Люпином никогда не ссорились. И Северус считал данное положение дел логичным. Но вдруг его тихому и послушному Люпину не хватало эмоций? Может, Драко ежедневно показывал так свою привязанность? А Поттер, посредством вешалки и других тяжелых предметов, узнавал, что дорог высокомерному потомку древнего рода? Мимо снова проносилась чужая счастливая жизнь...

- Сволочь! Тебе даже все равно, что я стою голый при профес…министре Снейпе!

- Нет! Я боюсь, что ты простудишься!

- Идиот! Я тебе не нужен, ты меня даже не ревнуешь!

Изумленный Гарри застыл. Драко налетел на приятеля и от неожиданности чуть не рухнул к ногам негодяя.

- Зачем?

- Как зачем? Я, голый, перед посторонним мужчиной!

- Но это же наш профессор! Драко, ты замерз. И у него Ремус, зачем ему ты?

- Что за чушь вы несете, Малфой? Вы мне и одетый не нужны. Помощник из вас никакой. Между прочим, вы должны быть на работе!

- Я хуже какого-то оборотня??? Поттер я тебя…Гарри, прекрати! При министре, не надо... – Гарри стянул с ближайшего кресла плед и, укутав выдохшегося от злости сожителя в пестрые квадратики, опускать руки не стал.

- Вы, Малфой, никто по сравнению с моим Люпином! Где он?

- Кто? Драко, хочешь, я приготовлю тебе пунш?

- Уже никто. Прощайте. Мистер Малфой, прогул отработаете!

- Хочу. Как я могу быть хуже кого бы то ни было? Ерунда какая-то. Люпина он потерял. Было бы из-за чего убиваться. Все министерство на уши поставил, выглядит, как мертвец.

- Что? С чего ты взял? Профессор Люпин пропал? Профессор! Тьфу, министр! Куда вы, где Ремус?

- Ты меня оттолкнул??? Потому что пропал никчемный оборотень? Что? Мне не жалко Ремуса? Да как ты смеешь? Он хоть как-то на тебя влияет!!!

Снейп закрыл дверь, вышел на улицу и бессильно сжал кулаки. Главное, он выяснил. Поттер понятия не имел, где его сокровище. А обсуждать пропажу Люпина с юными, до неприличия счастливыми молодыми волшебниками Северус не мог. Слишком больно.

Прилетела министерская сова с просьбой прибыть на слушание еженедельного отчета финансового отдела. «Надо уходить, - мысль приняла неожиданный оборот, - в отставку. Найду Люпина, и сам буду его охранять. Тоже мне авроры. Одного оборотня сберечь не смогли. Ненавижу. Завтра пойду к Уизли. Он человек толковый, может, что посоветует».

* * *

В Норе заканчивали ужинать, когда камин зашумел и в нем появилась голова его Высокопревосходительства министра магии.

- Я могу войти, мистер Уизли?

- Конечно, господин министр, - Артур изумленно посмотрел на лицо Снейпа и испугался. Тупой пенек, коим заведующий департаментом по связям с маглами не являлся, глядя на министра, заподозрил бы минимум войну с Францией, максимум - возрождение Темного лорда, - Проходите, прошу вас.

- Какая честь для нас, проходите, Ваше Высокопревосходительство! Мы польщены оказанной нам честью, это просто праздник, видеть Вас! Мама! Что же ты застыла?! Прибор нашему дорогому гостю! Вот кресло, позвольте подушечку, - Перси Уизли дрожал от восторга и носился вокруг Снейпа со скоростью Нимбуса 2000. Миссис Уизли фыркнула что-то подозрительно смахивающее на "незваный гость лучше званного министра", но под гневным взглядом любимого чада постаралась придать лицу дружелюбное выражение.

- Присаживайтесь! Выпьете чаю с пирогом?

- Мистер Уизли, мы можем поговорить где-нибудь наедине? - Черные круги под глазами, красные белки, скорбные борозды, залегшие около губ... - у министра имелись в наличии все признаки, подобающие искреннему горю от утраты власти, потери любимого самопишущего пера или крушения личной жизни. Поскольку власть бывший профессор зельеварения Северус Снейп держал цепко, самопишущие перья не жаловал, то оставался один вариант - проблемы с личной жизнью, благо таковая у министра не только имелась, но и регулярно создавала кучу неудобств.

- Господин министр, - прижал руки к груди Перси, - вы можете говорить открыто, вы среди самых преданных сторонников, среди обожающих вас друзей! Садитесь же, уважаемый господин министр!

- Что за секреты, мистер Снейп? Вы у меня в гостях, - нахмурилась Молли, за время участия в Ордене Феникса, как-то незаметно приобретшая статус матери - героини, не только из-за того, что воспитала Фреда и Джорджа, но и других выдающихся бойцов с Темным владычеством, - И потом, эти мужчины, что они понимают в политике? Если вам нужен дельный совет, то только я могу дать его вам. Попробуйте плюшек, господин министр, вы такой тощий!

- В этом доме полно удлинителей ушей, - пожала плечами Джинни, - говорите лучше здесь. Или вы считаете нас болтунами? Господин министр Снейп, вы же пришли обсудить частную проблему? Потому что у вас, - студентка второго курса академии авроров в данный момент проходила дедуктивный и индуктивный метод в раскрытии преступлений и твердо желала поразить окружающих своими блестящими знаниями, - небрежно завязаны шнурки - вы торопились! Следовательно, речь не может идти о государственном деле! В такого рода случаях вас собирали бы советники и имидж-маг.

- Доченька, умница выросла нам на утешение, еще бы жениха хорошего. Гарри, такой милый мальчик, он нам как родной, а вы с профессором Люпином подали ребенку такой дурной пример! - Молли промокнула глаза.

- Что ты себе позволяешь, мама! Господин министр все, что делает - делает правильно, он великолепен! Его решение по финансированию Святого Мунго - верх гениальности! Он никогда не ошибается. - Снейп стоял убийственно мрачный и спрашивал себя, какого Мерлина его сюда принесло. Артур умный человек, но в таком бедламе задать вопрос невозможно. И почему долговязый младший помощник смотрит на него, как будто просчитывает шансы занять место Люпина? У него же невеста и он совсем не нравится министру. Ему вообще никто…

- Ах дорогой министр, можно я сфотографирую вас в нашей тесной домашней обстановке, какой гость! Мы могли бы встречаться чаще, вот так неформально!

… не нравится. "Надо уходить, с чего я взял, что здесь помогут", - Северус встал.

- Спасибо. Я спешу.

- Погодите, профес…министр Снейп. Вам нужны были документы, объясняющие поправку 243 Б к кодексу о применении маггловских изобретений в магическом мире?

- Нет. - Снейп резко поднялся, дошел до камина и остановился, как вкопанный. Сейчас он уйдет, а вдруг Ремус был здесь. Вдруг они знают, где его пропажа.

– Артур…Люпин исчез.

- Ясно, - зло произнес молчавший до сих пор старший сын волшебников Уизли - Билл. - Рем сбежал. Странно, он еще долго продержался.

- Не смей так говорить! - Защищать вышестоящее начальство Перси был готов даже в драке с собственным братом, - любой был бы счастлив делить удовольствие от дружбы с господином министром!

- Помолчите. Северус, когда он пропал? - мистер Уизли встревожился не на шутку. - До полнолуния?

- Да. За день.

- А сегодня у нас…

- Прошло четыре дня.

- Это могло быть похищение, - глаза Джинни загорелись, - вы обследовали место преступления? Кровь, внутренности? Убийцы оставили улики?

Снейп позеленел. За три дня поисков его сожителя доблестным аврориатом, он выслушал целую кучу жутких рассказов, но впервые его дикий страх был озвучен так откровенно.

- Они прекратили поиски. Нет никакого намека на насилие. Никаких следов. Авроры, охранявшие мою летнюю резиденцию, дали под Веритасерумом признание, что никто не приближался к Люпину. К дому никто не подходил.

- К забору, имеет в виду уважаемый министр? - саркастично уточнил Билл. - Вы обращались с Ремом как с фамильяром, даже хуже!

- Его могли расчленить, распылить, сначала напоить зельем невидимости, а потом заавадить, - продолжала насаждать креатив Джинни.

- Аврориат серьезная организация, они бы мухе к Рему подлететь не дали. Но сбежать не оставив записки, не предупредив друзей, не в характере Люпина.

- Если только у него нет поручения от Альбуса! – проявила смекалку Молли. – Подумай, Артур, профессор Дамблдор мог дать – лицо матери семейства чуть скривилось, как всегда, когда она говорила о развратном оборотне, не оправдавшем девичьих надежд «дорогой Тонкс», - важное задание. Хотя я бы не доверяла человеку, способному изменить женщине! Так же легко он продаст и доверие дорогого Альбуса!

- Дорогой Альбус - мужчина, мама, - фыркнул Билл, - ты мечтала, чтобы Нимфадора стала твоей невесткой, так чего теперь сожалеть о коварстве Рема. Кто-то умный предупреждал, опасайтесь своих желаний, они могут исполниться.

- Перси, мальчик мой, это ты придумал? О! Господин министр, он такой способный, а все еще младший помощник!

- А еще, - оживилась Джинни, - его могли выкрасть на гиппогрифе!

У Снейпа мелко и недостойно задергалось веко. Первым, на кого подумал министр, обнаружив отсутствие драгоценного, хоть и изрядно покореженного сокровища, был Блэк. В глубине души, Завеса не внушала Северусу доверия в качестве заградительного барьера между ним, его Люпином и гриффиндорским выродком Сириусом Блэком.

- Да ну, тебя, авроры, что, слепые? Гиппогрифа не закроешь плащом-невидимкой. – Следующие десять минут все кроме влюблено воркующего Перси, - мол, он бы никогда, никогда не бросил величайшего из министров, и если Люпин, полный идиот, лишился своего счастья, то он, Перси, всегда рад, а невеста подождет, ибо главное для них – счастье обожаемого министра, - обсуждали налезет ли мантия Гарри на гиппогрифа, Гарри и Ремуса или нет. И если да, то сам Поттер выкрал оборотня, или призвал к участию в заговоре постороннего.

- Им мог быть Рон! Кража человека – подсудное дело! – Джинни радовалась, перспективе заиметь в семье преступника. – Я смогу попрактиковаться в своих способностях адвоката!

- Я думаю, - всполошилась миссис Уизли, - мой сын не может иметь что-то общее с кражами!

- Это говорит мать Фреда и Джорджа! - глаза Билла сияли.

- Мальчики никогда не хотели ничего дурного! – вспыхнула Молли.

- Зачем вам человек, - трепетал Перси, - бросивший вас? Позволивший моему слабоумному брату выкрасть себя? У вас!!! Такого прекрасного, такого справедливого!

- Люпин пропал и Поттер не знает, где он! – Снейпа начала бить противная мелкая дрожь злобы, бессилия и усталости. – Он сам волнуется.

- Как и все мы! – назидательно заметила Молли. – Мужчины – страшные эгоисты. – Последняя фраза не произвела на сильный пол никакого эффекта.

- Молли, Билл - помолчите. Я должен пару минут подумать.

- У меня пропал Люпин. Я думаю четвертые сутки, я почти не сплю. Почти не ем. И ты, Артур, считаешь, себя способным за пару минут найти решение проблемы, над которой я бьюсь, не отвлекаясь ни на секунду? Ты не Мерлин, случайно? – Северус повернулся к камину.

- А ты был у Аластора?

- Аластора?

- Он в отставке, но специалист первоклассный. И глаз. Его репутацию портит история с Краучем, но ведь все мы ошибаемся?

- Министр Снейп, а мне можно осмотреть место убийства? Пожалуйста? Я найду вам труп!

Северус вздрогнул, кинул в камин порох и четко произнес.

- Дом Аластора Моуди.

* * *

Моуди после войны привычкам изменять не стал. Он в отличие от Люпина был чудовищно верным человеком. В основном – себе и собственным принципам. Даже рыбок в аквариуме он кормил, надевая толстые рукавицы - не потому, что там плавали пираньи, а потому, что вероломный враг не дремлет и может принять любую известную магической науке форму. А если дело охраны населения, и мирных Авроров в отставке поставлено так прискорбно, то гипотетический некто вполне вероятно плескался в аквариуме Аластора, жрал корм, и готовил покушение! Изжарить рыбок в мелкую труху Грозному Глазу мешала доброта. Невинные не должны были пострадать ни в коем случае! Тем более, что эту крайнюю меру – общую зачистку территории, - полагал старый Аврор, - он всегда провести успеет. С его-то осторожностью!

Доступ к камину Аластора имели только бывшие члены Ордена Феникса. Но это разрешение ровным счетом ничего не значило, если у хозяина дома был приступ бдительности и проведения мер сверх секретности. Тогда незадачливый посетитель получал автоматически встроенное в камин заклинание неподвижности, и становился участником импровизированного допроса. Сей диалог мог продолжаться от пяти минут до нескольких часов, в зависимости от личности гостя и настроения хозяина. Снейпу не повезло. С утра Аластор не нашел на месте любимую фляжку. То есть, потом он, конечно, вспомнил, что пил огневиски в ванной комнате, и фляжка обнаружилась мирно лежащей на горе грязной одежды. Но опытный бывший аврор справедливо рассудил, что все происходящее не случайно. Это знак, что злоумышленнику ничего не стоит проникнуть в жилище старого борца с Темным лордом и выкрасть самое дорогое, от документов до самого хозяина. Для начала Аластор собирался закрыть камин, но потом раздумал. Приделал к отверстию волшебную сеть – опутывалку и приготовился ждать незваных посетителей, полных самых черных намерений.

Всего через каких-нибудь часа три камин зашуршал, посыпалась сажа, и появилась голова злоумышленника с лицом Его высокопревосходительства министра Магии.

- Аластор, к тебе… - Снейп не договорил. Через мгновение он оказался на полу, спеленатый невидимыми сетями, как буйно помешанный в госпитале Святого Мунго, с кляпом во рту. Седовласый волшебник стоял над жертвой и довольно потирал пухлые ручки.

- Попался, вредитель! Говори, откуда нос нашего министра взял?! Молчишь, враг? Я тебя выведу на чистую воду! УПС? Признавайся! У тебя и волосы Снейпа! Оборотное зелье, а я сейчас тебя заклятьем - и пшик! Один пшик и останется! Признавайся, мантию Снейпа ты снял с его хилого костяка? Отвечать, когда Грозный Глаз задает вопросы! И руки у тебя как у Снейпа! Загребущие, костлявые и кривые! Встань смирно! – Снейп мычал нечто невразумительное и устрашающе моргал черно-красными глазами. Ярость отравляла душу министра. Как он мог поверить рекомендации чокнутого магглолюбителя Уизли?!!! Как он мог поверить, что свихнувшийся Моуди годен на что-то, кроме пуганья собственных тараканов, причем живущих в голове этой помешанной на заговорах развалины, а не у него на кухне. – Ты даже не представляешь, что тебя ожидает, когда наш министр узнает, что кто-то перекинулся в него, да не просто, а уродливой карикатурой! Так, а это у нас что? Да ты убил его! Это его родинка! И это. Ты их вырезал с кожи и приклеил на свою трусливую шкуру! Разоблачатос! Да…ты хорошо подготовился! Антиоборотное заклинание на тебя не действует…А если Веритасерум? Завалялась тут у меня лишняя бутылочка. – Старик оставил Северуса в покое и бодро покатился в спальню, за сывороткой правды. Появившись через минуту, Моуди освободил от заклятья рот министра и влил в него волшебное зелье. Веритасерум подействовал сразу. Снейп орал, сотрясая стены и кроша голосом штукатурку на потолке. Общий смысл длинных и заковыристых ругательств, сводился к одному нехитрому выражению «Свет не видывал таких засранцев!». Моуди, с искренним умилением слушал крики разъяренного министра, периодически задавая вопросы, «Как ты относишься к Альбусу?» «В гробу я видел старого проныру!!!», «Какие отношения тебя связывают с Ремусом…» Тут старый аврор договорить не успел, вопль «Верни мне Люпина! Найду мерзавца, сначала убью, потом трахну!» сотряс стены. Аластора ответ смутил - по его сведениям настоящий Снейп некрофилом не был. И когда он задал контрольный вопрос: «Восхищаешься ли ты Поттером? Спасителем магического мира?», оказалось, что поток ругани, громыхавший до этого -легкий ветерок в сравнении с мощным цунами, извергнувшемся из уст жертвы бдительности. Старый аврор снял связывающие заклятья, усадил Снейпа в удобное кресло, рядом с аквариумом, где плавали успокаивающие нервы рыбки, и сунул в руки стакан с солидной порцией огневиски.

- О…Снейп. Хорошо, что это на самом деле ты. А то был бы труп. Прямо на этом коврике. Или в Азкабане. У меня с вредителями строго, я их без сантиментов пускаю на корм рыбкам!

Снейп растирал шею и с невольным уважением смотрел на маленький аквариум с пятью шустрыми гуппи.

- Они у тебя такие заморенные, долго шпионов не было? Ты корм покупать не пробовал? Аластор, ты не хочешь съездить в Заповедник? Отдохнуть? Психику подлечить? Я возил Люпина, сразу после победы, и он...

Болезненная пустота на время заглушенная яростью, никуда не исчезла. Стоило министру немного утихомириться, и одно упоминание о пропавшем оборотне повергло его в глухую тоску.

...пропал. Аластор, он бесследно исчез. Ничего.

Может, бывший аврор Моуди и сдвинулся на почве безопасности, кстати, имея на это полное право, но все, что касалось его деятельности, знал крепко.

- Люпин исчез в Заповеднике? Там леса, волчья натура могла...

Снейп досадливо поморщился. Придя сюда он одним махом доказал собственную непроходимую тупость.

- Не кривись, понял я, ты в расстройстве, слова путаешь, лучше скажи, когда, где, и в чем, ты видел Ремуса последний раз.

- Четыре дня назад. Сразу перед полнолунием. Аппарировал в министерство, Ремус еще спал. В кровати. У него пижама. Серая в полоску.

- Какого цвета полоска? - строго поинтересовался Аластор.

- Желтая, а что? Авроры говорили, Люпин потом подстригал розы в рабочей одежде.

- Для пользы следствия эта информация не представляет никакой ценности, но с помощью этого нехитрого вопроса, я бы мог детально проанализировать ваши отношения и сделать определенные выводы, в дальнейшем, способные помочь следствию!

- Ты хоть какие-нибудь выводы сделай!

Снейп вскочил, нервно зашагал вдоль каминного зёва.

- Чего ради я послушал Уизли! Зачем нужно было приходить к тебе? - Снейп обречено махнул рукой. - В первый день мой сад буквально по камешку перебрал весь аврориат. Во второй призвали маггловскую полицию, разумеется, не упомянув ни словом, кто я такой, - и снова никаких зацепок. Только их специально обученная собака словно сбесилась. По всему участку ходила нормально, а между кустом роз и верандой шагу ступить не хотела, визжит, уши прижимает. На веранде Люпина видели последний раз. - Снейп зажмурился. Просто на секунду поверил, что большие ладони опустятся на плечи и родной голос произнесет: "Опять потерял меня, Северус?"

- Идиоты. Наверняка, использовалась очень мощная магия, а они собаку... Животные чувствуют энергетику даже сильнее нас, волшебников. Ох уж эта молодежь! Нет, чтоб старика привлечь к расследованию! Все сами, а что они могут без опыта? Ну, а Нимфадора? Она что думает?

- Все считают, Люпин бросил меня. Ушел сам. Два дня они занимались поиском, а потом Нимфадора заявила, что у них полно важных дел и без пропавших оборотней. Что с моим зельем Люпин безопасен для окружающих. И намекнула, что когда кто-то берет чужое, этот кто-то должен быть готов к тому, что в любой момент придет кто-то еще, и заберет у него нечто, принадлежащее уже ему.

- Все ясно. Его выкрала Нимфадора, чтоб отомстить тебе! А аврориат покрывает свою начальницу. Я говорил, что нельзя во главе такой организации ставить бабу!

- Нет,…Я тоже сперва так подумал…Она в ярости, что не ей пришла в голову такая чудесная мысль.

- Недооцениваешь ты женское коварство и умение обводить нашего брата вокруг пальца!

- У меня нет брата. У меня Люпин был. И тот пропал.

- Ты, Северус от расстройства совсем соображать перестал. Люпина забрал тот, кому он нужен.

- Мне. Очень. Я пойду, Аластор.

- Отсюда вывод. Он нужен кому-то еще. Кто может хотеть получить старого, толстого оборотня? Никто. Если только…

- Люпин не старый и не толстый! Он мой ровесник! И он, - Снейп запнулся, - красивый.

- …похититель Люпина не собирался, завладев Ремусом, влиять на тебя или требовать принятия каких либо решений, а взамен…

- Мне вернут Ремуса?

- Или нет. Или вернут, но по частям. Они же уже получат желаемое.

- Думай, что говоришь!!! Но кто настолько силен и хитер, что смог выкрасть Ремуса?

- И кто настолько осведомлен о ваших отношениях?

- Или кому Ремус доверяет настолько, чтобы добровольно пойти за ним?

- Кто хочет сесть в твое кресло или кто ненавидит тебя столь сильно, чтобы убить Ремуса, только ради причинения тебе неприятностей?

- Убийство Люпина ты называешь неприятностями? - взвился Северус.

- Ты ненормальный! Все вы ненормальные! Он жив. Я знаю, что он жив.

- С тобой никто не связывался, после похищения?

- Нет. – Действие зелья заканчивалось, и Северус с досадой думал, что не стоило так открываться перед сумасшедшим Моуди. Но некоторая логика в словах свихнувшегося любителя повышенной безопасности определенно присутствовала. Имея Люпина, манипулировать им было очень легко. А собственно, почему легко? Служащие министерства дружным хором ненавидящие строгого и сурового начальника, считали Северуса неспособным к эмоциям. Дружеским тем более. Авроры, охранявшие резиденцию, всегда аппарировали из сада ровно за минуту до прибытия могучего министра и считали Ремуса помесью садовника, дворецкого и комнатной болонки. Уж никак не человеком, ради которого, Снейп пожертвовал бы своими привилегиями или властью. Тогда остается орден Феникса и семья Малфоев. А ведь Люпин первым верит. И пошел бы куда угодно. Но красть Ремуса, чтобы что-то получить от него? Глупо. Скорее бы попросили Люпина вытрясти желаемое из Снейпа. Или Альбуса. Нет, чушь. А Люциус, напуганный тюрьмой, увлекся психологией, легальными способами завоевания власти и грамотным пиаром. Видимо, блестящий лозунг предвыборной компании Снейпа: «Вы не хотите видеть своих детей забитыми и запуганными? Вы хотите для них счастливого детства? Голосуйте за нашего кандидата!», неотразимо подействовал на представителя благороднейшего семейства Малфоев. Люциус, правда, злорадно утверждал, что наивные и тупые обыватели, из числа полукровок - «Ты же не считаешь, мой дорогой друг, что чистокровные волшебники голосовали за мага с твоей репутацией и происхождением?» - даже не подумали, на какую участь они обрекли себя, гонясь за счастьем сопливых негодников. Раньше Снейп был заперт в Хогвартсе, под контролем Дамблдора, но теперь избрание злобного зельевара министром магии выпустило боггарта из шкафа.

- Северус, ты меня не слушаешь, а я между прочим, уже откинул пятьдесят две версии покушения на Ремуса, и сделал глобальное заключение. Его не украли!

- Почему?

- Объясняю! Чтобы ты без меня делал? Авроры утверждали – Люпин исчез из сада. В дом не заходил. И он был один!

- Да, никаких следов чужого присутствия.

- Если посетитель - условный друг, он бы не прятался.

- Да? А если б он думал, что я дома?

- Тогда бы не он пришел, - согласился Аластор, нимало не смущаясь недовольным видом собеседника, - но, приди он тайно, Ремус заподозрил бы неладное и был настороже.

- Кто? Люпин? Аластор, ты имеешь в виду, несобранного, доверчивого, вечно витающего в облаках растяпу, живущего со мной или у тебя есть на примете еще какой-то Ремус?

- Я? Такого же шпиона Дамблдора, как и ты. Такого же члена ордена Феникса. Такого же бывшего преподавателя. И моего друга! С отличными мозгами. Я тебя убедил?

- В таком случае, - ядовито заметил Северус, - если он твой друг, почему бы тебе не отдать Люпину долг в пятьдесят сиклей, который ты брал на неделю два года назад? Он их, между прочим, собирал всю жизнь, чтоб было, что завещать обожаемому Поттеру!

- Вы злопамятные! А я тебя безвозмездно консультирую, - горестно заметил Аластор, - да Люпин озолотится, когда я найду покупателей на мое гениальное изобретение и дам ему два, нет - три процента от прибыли! Только представь, волшебный скафандр, полностью закрывающий тело мага! В этом скафандре ты неуязвим для заклинаний, так как его отражающая поверхность способна отбить любое самое страшное проклятье! Артур нашел мне магловский аналог, и я сейчас провожу эксперименты! Прекрасные результаты! Только, - немного смутился бывший аврор, - в нем невозможно дышать. Я подумываю наливать внутрь воду и использовать жабросли, тогда…

- Я обязательно спрошу Артура, в каком умопомрачении он притащил тебе водолазный костюм. Я все понял. Прощай. – Снейп решительно направился к камину.

- Посторонний злоумышленник не мог попасть в твою резиденцию по элементарной причине.

- По какой? – замер Снейп.

- Еще не придумал, - пожал плечами Аластор, - тебе придется понадеяться на мою аврорскую интуицию. Дело в ваших семейных отношениях.

Северус скрипнул зубами от злости, с шумом ввалился в дымоход и бросил напоследок.

- Купи рыбкам корм. А то передохнут с таким охотником на мракобесов, как ты!

* * *

Северус склонился над драчливым столом, пододвинул пергамент и приготовился препарировать чужую идею, непонятную и смешную самому Снейпу, но почему-то вызвавшую редкое единодушие у всех знакомых министра магии. Подумав немного, бывший зельевар выстроил логическую цепочку.

1. Все думают, что Люпин сбежал сам.

2. Скопище идиотов.

3. Выкусите! Не мог Люпин сбежать от меня!

4. Но они все уверены в этой белиберде!

5. Люпин не такой!

6. И знает, что я буду волноваться.

7. С ума сходить буду!

8. Стадо козлов!

9. Особенно – Тонкс.

10. И Моуди.

11. Да и зачем ему сбегать?

12. Я все делал правильно.

13. А мерзкие типы лезут не в свое дело!

14. Два года с этим сборищем не общался, и не пропади Люпин, еще столько же продержался. Или больше. Точно больше.

15. См. пункт 2.

16. Еще раз см. пункт 2.

17. Но Люпина нет. Нужно анализировать.

18. Какие смехотворные причины выдвигают эти, см. пункт 2., в качестве аргументации версии о самостоятельном побеге Люпина?

19. Я ограничиваю его свободу. /Бред, чушь! Даже комментировать подобные инсинуации не хочется!»

20. Не разрешаю Люпину встречаться с друзьями. /Совсем озверели! Я раз в месяц отпускаю его к Поттеру! На два часа! И с чего они взяли, что Люпину нужен кто-то, кроме меня?/

21. Я уделяю Люпину мало внимания. /А кому кроме него я вообще внимание уделяю???/

22. Он меня не любит. /Причем здесь любовь? А вообще, не их дело! Негодяи! См. пункт 2 и пункт 8./

23. И они ничего не понимают!

24. Кто им дал право?

25. А мне нужен Люпин.

26. Я устал.

27. Мерлин задери завистников!

28. Сговорились…

29. Что он МЕНЯ бросил.

30. Вывод.

а. Мне нужна консультация профессионала.

б. Либо психиатра /скорее первое, пусть оценит степень вменяемости, бросившего меня Люпина…невозможно, Люпин сбежал. Испугался психиатра?/

в. Либо психолога, специалиста в области семейных отношений./Бред. Мы не семья./

А вдруг из-за такой мелочи, как мой не визит к специалисту, я не пойму, как вернуть Люпина? Он не семья. Он мое все.

г. Мне нужен объективный человек, который полностью в курсе ситуации, и при этом обладает необходимыми знаниями.

1. Друзья Люпина отпадают.

2. Никакой объективности от этих пункты 2 и 8 не дождешься.

3. Отпадает Альбус.

4. Он ничего не понимает в совместной жизни!

5. С оборотнями в частности.

6. Человек должен быть умным.

7. Я вовремя вычеркнул всех друзей Люпина.

8. А Люциус?

9. У него хотя бы есть опыт семейной жизни.

10. И Люциус рассказывал, что в тюрьме прочел много книг по психологии.



31. Идиоты! Люпин мой! Он бы меня никогда не оставил!

32. Мне без него душно.

33. Для Люпина лучше, если его похитили. В противном случае сначала убью, а потом запру без права на какие либо права!

34. Еще меньше я бы хотел оказаться на месте похитителей Люпина.

Северус встал, ладонью смел со стола приготовившуюся плеваться чернильницу. В кабинет заглянула миссис Бонс, но, увидев лицо министра, скрылась со скоростью убегающей в норку мыши.

Снейп подошел к камину, сыпанул горсть порошка и приказал – «Домой!».

* * *

В огромном кабинете мистера Малфоя – старшего горели свечи. Шел третий или четвертый час беседы развивающейся, как все сущее, циклически. Собеседники упрямо твердили друг другу одно и тоже, ни на йоту не приблизившись к сути вопроса. Первым утомился мистер Малфой – старший. А измучившись недомолвками и невнятным мычанием министра магии, заявившегося к нему с неожиданным вопросом, что он, Снейп, должен изменить в себе, ради возвращения Люпина, подло украденного из под длинного носа, как считал он сам, или сбежавшего от абсолютного счастья, как утверждал остальной мир, Люциус решил оживить диалог.

- Все беды – из-за неудовлетворенности твоего спутника жизни. Только представь, Северус, как разнообразит вашу сексуальную жизнь третий партнер!

- Ты несешь бред! Зачем нам еще кто-то? Не так уж часто мы с Люпином… Снейп посерел. Говорить "мы с Люпином" ужасно. Обсуждать с Люциусом такой интимный вопрос, как постель - стыдно. Но назвался боггартом - полезай в шкаф, - часто поучал молодежь Моуди. Северус, твердо намеревающийся разобраться с причинами гипотетического недовольства Люпина, решил идти до конца.

... занимаемся сексом. Когда я уже не могу терпеть. Он. Хрупкий. Болезненный. Дышит тяжело. Сердце стучит бешено. Я не могу так. Я боюсь за него. Он...

- Северус, ты нормальный? Это же естественно. Ты ученый, сравни себя и оборотня с лабораторными крысами. Представил? У людей все также. Когда человек возбужден, его переполняют эмоции, выброс адреналина... Я не понимаю, это ведь элементарные вещи... А Люпин? Он что, не пристает к тебе? Не требует секса?

- Я его от всего оберегаю. А он такой добрый. Он меня обнимает, - Снейп смутился, - целует. Но ему больно. Он нереальный. Единственный. А вдруг из-за какого-то гребанного полового акта он проживет на год меньше?

- Секс удлиняет жизнь! Уверяю тебя. То есть, если я правильно понимаю, ты не даешь оборотню никакой разрядки? И отвергаешь его желания, потому что заботишься об его же здоровье? Северус, хочешь, поговорим об этом?

- Но он стонет! А мне твердит, что ему хорошо.

- А ты?

- Я? Еще как! Я иногда ору, - Северус стыдливо накрутил на палец длинную черную прядь.

- Но это, потому что мне действительно хорошо! А у него синяки сразу появляются. Где он, Люциус? Если бы я знал, что похититель заботится о нем. Охраняет. Я бы мерзавца все равно убил. Но быстро. А не так как планирую.

- Люпин, благодаря тебе в двери боком протискивается, о какой хрупкости и тонкости ты мне говоришь?

- Ты ничего не понимаешь. Он прозрачный. Это оболочка! Я каждый килограмм своими руками сделал! Ему надо есть по часам. Он худеет моментально! Не могу без него. Не могу.

- Сам по себе твой оборотень никому не нужен. Я бы понял, желай воры воздействовать на тебя. Но подумай, кто кроме двух человек и штук десяти гриффиндорцев из твоей птичьей шайки в курсе, что ты держишь дома оборотня вовсе не ради поддержания имиджа защитника всех убогих, отвратительных и бездарных тварей? Гриффиндорцев смело вычеркиваем, они в жизни не додумаются до столь тонкого хода. Если даже Петтигрю в голову не пришло, что украв... как звали мать Поттера? Не суть. Что украв женщину, он добился бы гораздо большего результата. Да…Не мне доверил операцию Его Темность, впрочем, его драма в том, что он совсем не разбирался в людях.

- Люпина ты украл???

- Что? Спокойно! Я не брал твоего Люпина. Я - умный человек. И прекрасно понимаю, что если отнять у тебя любимую игрушку, ты, не задумываясь, разрушишь весь магический мир. Итак, вылитый Темный Лорд. Глаза красные, лицо серое. Только идиот может считать, что похищением или убийством оборотня можно воздействовать на тебя. Отсюда я делаю вывод - Люпин не похищен.

- А второй? Кто второй человек?

- Драко. Но мальчик питает странную слабость к оборотню. Ты, кстати, совсем замучил его! Он горит на работе. Пропустил уже три обязательных вторничных обеда. Он надорвется на службе.

- Если твой Драко где и надрывается, то точно не в министерстве, - буркнул Снейп, но заострять внимание любящего родителя на поведении сына благородно не стал.

- Всем начальникам так кажется. Ничего, Северус, когда я стану министром магии - а я стану, как только в обществе забудут неприятную заварушку с Лордом, я оценю заслуги ребенка по достоинству.

- Заварушка? Ты называешь годы смертей - заварушкой? - Снейп вспыхнул от злости, - я ежесекундно рисковал жизнью.

- Мой Драко тоже рисковал жизнью, - пожал плечами Люциус, - я сидел в тюрьме, пострадал сильнее всех, хотя вовремя отделился от проигрывающей партии. Ты, конечно, приписываешь себе мое освобождение, но меня бы все равно выпустили, как только разобрались в сути вопроса. Я же самая пострадавшая в войне сторона. Впрочем, я это уже упомянул.

- Поразительно, как ты умеешь повернуть все в нужном для себя ракурсе!

- Ты тоже. Ибо министерский пост сейчас не у Моуди, не у Шикболдта, не у Скримджеса, а у Северуса Снейпа.

- Люциус. Спасибо за беседу. Я пойду. А то ты ядовитой слюной прожжешь ковер.

- Не волнуйся, Северус. Я не завидую. Я констатирую факт. Через максимум два года я буду министром. А ты, в лучшем случае, будешь читать Защиту у сумасшедшего старика. В худшем - Дамблдор позволит тебе охранять развалины Визжащей хижины.

- И как же ты собираешься достичь власти?

- Тюрьма отвратила меня от экстремальных способов. Только демократическими выборами. С помощью народной любви. Я приду к власти на руках восхищенного плебса.

Люциус снисходительно улыбнулся.

- В тюрьме я прочел немало книг по психологии. Я понял свои ошибки. Ты даже не представляешь, как жаждут людские сердца красоты и доброты, особенно, после такого министра, как ты.

- Спасибо, Люциус. Ты мне очень помог. Я пойду. Постараюсь привести свое министерство в должный вид перед передачей власти. И награжу Драко. Отпуском. С предписанием провести его в поместье. Прощай.

- Погоди. Я же не успел помочь твоей проблеме, - спохватился Люциус. - Мы остановились на сексе втроем.

- И я сказал, что мне не нужна групповщина! Какая мерзость...

- Отчего же, Северус? Ты не рассматриваешь эстетическую и игровую часть вопроса. Ты только представь - м...сомнительной внешности брюнет, с зеленоватой бледностью резких черт лица, его костлявая фигура переплетается с другой - легкой и стремительной статью шикарного блондина, с платиновым водопадом густых и, что немаловажно, чистых волос. Блондин изгибается в неуклюжих объятиях сходящего с ума от вожделения, - глаза Малфоя сияли, как потолок в общем зале Хогвартса.

- А кто блондин? - Хмуро поинтересовался Северус, - что тощий урод - я, у меня нет сомнений.

- Ты знаешь много красивых блондинов? Я - только одного. А о моем мальчике, извращенец, даже думать не смей!

- Я ненавижу детей. Даже если им двадцать, и они давно закончили Хогвартс. Условный рефлекс, видимо.

- Не отвлекай меня, можно подумать, это я должен вернуть сбежавшего Люпина.

- Почему сбежавшего?

- Хватит, Северус. Авроры ничего не нашли. Меня это не удивляет, наверняка девчонка их распустила, но сам факт. Поттер, обнюхавший каждый камень в твоем саду...,

- Я ему помогал, - вставил, внезапно устыдившийся, собственных детективных способностей, Снейп.

- ...тоже разыскал только веревочки. Кстати, их можно использовать в нашей групповой терапии, если привязать руки, - Люциус плотоядно облизнулся, - к ногам.

- Ты затейник, Малфой. Я не понимаю, чем это поможет вернуть, покинувшего меня, по вашим словам, Люпина.

- Неужели вы не практиковали в отношениях невинные шалости?

- Мы? С какой стати я должен рассказывать тебе, что мы делали с моим Люпином? Собственным? – Неожиданно заподозрил неладное Снейп, - Ты намекаешь, что втроем - это не я, Люпин и, допустим, твой портрет, а еще и ты, собственной персоной? И ты не ограничишься советами и рекомендациями из партера?

- До тебя все ужасно медленно доходит. Я продолжу, - Люциус жестом остановил ставшего бледно-сиреневым, Снейпа, - шикарный блондин страстно рычит, легко выскальзывает из объятий неумелого любовника, одаривает его напоследок страстным поцелуем, и кладет руки на вздымающуюся в экстатическом восторге грудь второго партнера.

Снейп вскочил, как будто в тощие ягодицы вонзили шило.

- Что??? Какого партнера? Кто он???

- Не перебивай меня! Я теряю вдохновение, - лилейные щеки Малфоя расцвели алыми маками, - совершенные руки белокурого красавца, спускаются вниз, на обширный живот цвета топленого молока, покрытый мягчайшим золотым пухом...

- Откуда ты знаешь? - взвыл Снейп, - ты подглядывал за голым Люпином? Где?

- Это сила моей фантазии! Я могу дорисовать тело по кончикам пальцев ног. Даже если оно скрыто бесформенной мантией, похожей на походную палатку семейки Уизли!

Руки блондина неожиданно стремительно оказываются на упругих ягодицах...

Договорить Люциус не успел. Почерневший от бешенства Снейп схватил психолога за шиворот и очень тихо проревел:

- Руки!!! Убери от него руки!!! И думать забудь лапать моего Люпина! Я отказываю тебе от дома! Прощай!

Снейп оттолкнул раздосадованного провалом тренинга Малфоя и вихрем вылетел из кабинета, бормоча на ходу: "Сволочь...трогать Люпина...красивый он...моего Люпина!!!"

Мистер Малфой опустился в кресло, ехидно ухмыльнулся захлопнувшейся двери и задумчиво проговорил собственному бюсту, стоящему на блестящей столешнице,

- Подглядывал... Если б нашему зельевару померещилось, что я не подглядывал, а изучал Люпина тактильно, мы бы с тобой не беседовали, коллега. Однако у Снейпа богатое воображение и комплекс Люпиновского совершенства. Вот он его и откармливает, как на убой в тщетной надежде стать спокойнее. Смешно. Надо все аккуратно записать, друг мой. Кто знает, когда этот маленький разговор станет большим аргументом... В чем? К тому времени найдется в чем.

Люциус Малфой удовлетворенно улыбнулся своему отражению в окне и удалился в спальню. Светало.

* * *

Следующий день Снейп не пошел в министерство. Он заперся в поместье и варил суперсложное поисковое зелье полное такой черной магии, что к вечеру в дверь Северуса постучали и сам председатель Визенгамота, профессор Дамблдор, явился к бывшему убийце, бывшему Пожирателю Смерти, бывшему ученику и учителю, и уже бывшему министру магии – Северусу Снейпу.

- Северус. Оно не подействовало?

- Нет.

- Я надеялся, что тебе удастся.

- Я переоценил свои силы. Но все делал правильно.

- Не сомневаюсь.

- Ужасно.

- Северус, любовь способна творить чудеса, а жертвенная любовь способна творить грандиозные чудеса.

- А во имя жертвенной любви к человечеству в моем лице не пошли бы вы в Хогвартс, профессор?

- Думаю, скоро ты тоже окажешься в замке, - Дамблдор виновато улыбнулся. – Ты был хорошим министром магии, но понимаешь, Северус, лучше Круцио до, чем Авада после. При Воландеморте мы часто забывали эту истину.

- Кто объявил о моей отставке?

- Нимфадора. В связи с состоянием здоровья. Это почти правда, ты отвратительно выглядишь.

- Спасибо, что не сказала: «Наконец-то сдох, сволочь».

- Действительно.

- Если я попробую сварить еще одно зелье…

- Азкабан, Северус.

- Посоветуйте мне что-нибудь, профессор… – Неожиданно грустно произнес Снейп.

- Не ругайся, когда Ремус вернется. Он, наверняка, не хотел.

- Я подумаю.

- И у меня нет учителя зельеварения. Да и Хагрид хочет перебраться во Францию. В Хогвартсе ты всегда найдешь помощь.

- До свидания.

- До скорой встречи. И знаешь, Северус? У вас очень красивые розы. Забор убивал их. Ты правильно разрушил его.

* * *

Минул еще день. Такой длинный. И такой пустой. Последними из поместья ушли Артур и Молли. Артур говорил, что не верит в смерть Ремуса. Молли… Молли ничего не говорила. Только смотрела на развалины забора и грустно качала головой, видимо, расстраиваясь нецелесообразному использованию отличного гранита. А может, и нет - кто поймет этих женщин…

* * *

Утром следующего дня Северус решил полить цветы. Ведь когда Люпин вернется, он обязательно спросит про них. И тогда Северус скажет, что все отлично, нечего шляться Мерлин знает где, а то крадут их, а потом приходят, как ни в чем не бывало. Бывший министр взял большую хрустальную вазу, налил воды, вышел во двор и тысяча блестящих осколков хрусталя с водой полились на янтарные плитки дорожки.

Или нет. Сияющим на утреннем солнце водопадом полилась из вазы радуга, яркая как хвост павлина.

Или…Снейп осторожно поставил вазу на ступеньки веранды и сел рядом. Через громадные черные плиты бывшего забора, пыхтя и ругаясь, лез Ремус Люпин.

- Северус? Что, ты уже дома? Он обманул меня. Подло обманул. Сказал, я пойду с ним, и он отпустит... - Ремус запнулся и отчаянно покраснел, - одного нашего общего друга. И не отпустил. Я опоздал к ужину? Но еще не темно! И почему ты так смотришь на меня? Почему ты ТАК смотришь на меня? Не молчи, Северус! Северус, меня что, меня здесь уже нет?

Через час Северус Снейп отпустил один рукав Ремуса Люпина.

Через два часа Северус Снейп отпустил второй рукав Ремуса Люпина.

Через три часа Северус оторвался от ощупывания Люпина на предмет повреждений, потери драгоценных граммов и температурных изменений и задал резонный вопрос:

- Ты заметил, что я шел поливать твои цветы?

* * *

Эпилог.

Ночью, когда потрясенный, изумленный и оглушенный виной Ремус заснул на полуласке, уткнувшись носом под мышку Северусу, последний перебирал короткие завитки на макушке оборотня и думал, что его угораздило жить с воздушным шариком. Чуть отпустишь веревочку – улетит, натянешь – лопнет. И что завтра он допросит Люпина с пристрастием. И что сказка про Завесника хороша, но завтра, завтра он, Северус Снейп узнает правду.

Утро началось не совсем так, как планировал бывший министр магии. Он проснулся поздно, и чуть не сошел с ума, не обнаружив своего оборотня рядом. Но Ремус нашелся быстро. Он стоял на дорожке и обескуражено всматривался в отпечатки лап огромной собаки.

Но это была совсем другая история.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni