Развалины
(Knockturnal Ruins)


АВТОР: Snaples
ПЕРЕВОДЧИК: Dariana
БЕТА: Эль Цета
ОРИГИНАЛ: здесь, но нужен пароль
РАЗРЕШЕНИЕ НА ПЕРЕВОД: запрос автору отправлен.

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Северус, Гарри
РЕЙТИНГ: NC-17
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: angst

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: в этом мире есть вещи куда страшнее змееподобного ублюдка с маньячным желанием захватить весь мир; подумайте о детях, которые улыбаются запекшимися в кровавую корку губами. Снейп преподает Гарри урок.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ДАРК!


ОТКАЗ: все принадлежит Джей Кей.




Есть что-то неправильное в том, как он держит тебя за руку, ведя слабо освещенной извилистой дорогой, и у тебя сосет под ложечкой, когда приходит понимание: эта прогулка отнюдь не будет такой безопасной, как тебе было обещано.

Эта мысль поразительна, потому что ты не попытался вырваться и освободиться, даже подумав об этом. Даже сейчас, когда у тебя немного кружится голова от слишком частого дыхания, а желудок сжимается от смутного страха, ты покорно следуешь за ним, не отставая.

Он постоянно говорит о том, что тебе скоро предстоит сделать. В портфеле, который он держит в другой руке, что-то грохочет – похоже на звук сталкивающихся бутылок. На миг тебе в голову приходит мысль, что бояться нечего. Он просто отведет тебя в аптеку и пополнит свой запас ингредиентов. Он покажет тебе, как покупать правильные ингредиенты. Он обратит твое внимание на незаметные различия между ингредиентами и научит распознавать некачественные товары. Это так благородно с его стороны

Ты повторяешь это - снова, и снова, и снова, - пытаясь убедить в этом самого себя.

Но вы проходите мимо аптеки. Ты отчаянно надеешься, что на улице есть еще одна, и он отдает предпочтение именно ей.

Ты стараешься не обращать внимания на подступающий страх.

Он замолчал, и его рука сжала твою чуть сильнее. Толкущаяся толпа расступилась перед двумя прохожими, и некоторое время были слышны только хруст гравия и чавканье грязи под ногами.

Тебя немного подбадривал солнечный свет, но теперь вы прошли вглубь Лютного переулка, и свет здесь тусклый, серного оттенка, он скорее подавляет, нежели успокаивает.

- Куда вы ведете меня? – спрашиваешь ты деревянным голосом, когда уже не можешь найти никаких объяснений его поступкам.

Длинные, в пятнах пальцы сильно стискивают твой кулак, но ты по-прежнему не собираешься бороться с ним. В портфеле снова что-то гремит, и когда ты замечаешь это, вы вдруг останавливаетесь. Ты изучаешь не поддающуюся описанию дверь, в которую буквально ткнулся носом. И на крючке висит маленькая табличка, на которой написано «Мадам Гризельда».

Он смотрит на тебя сверху вниз. Ты чувствуешь, как тяжело давит его взгляд, и необъяснимо краснеешь, мечтающий убежать отсюда как можно скорее, мечтающий никогда не приходить сюда, но вынужденный подчиняться невысказанному вслух приказу, переданному через его беспощадную, стиснутую на твоей руке ладонь.

Он отворачивается к двери и стучит.

Когда она распахивается, ты открываешь от удивления рот, увидев двоих, стоящих на пороге. В глазах девочки вспыхивают едва заметные искры интереса, когда она бросает на тебя взгляд. Мальчик не обращает на тебя внимания и смотрит на Снейпа.

- Мы беспокоились, - голос похож на шелест.

Ты беспомощно пялишься на них. Они красивые, прелестные, как вейлы, но ты уверен, что к вейлам они не имеют никакого отношения. Кожа еще бледней, чем у Малфоев, глаза словно выбеленные, а губы потрескались, как старый мрамор.

- Меня задержали, - бормочет Снейп, подталкивая тебя ближе к ним. Ты глупо моргаешь, пытаясь привести мысли в порядок. Присутствие Снейпа рядом странно ободряет.

- Я Ганс, - говорит тебе мальчик, в глазах мелькает огонек. Когда он улыбается, губы трескаются еще больше и начинают кровоточить.

- А я Грета, - шепчет девочка, ее присутствие для тебя более осязаемо, потому что она делает шаг вперед, чтобы дотронуться до твоего плеча. – Заходите, — говорит она и вталкивает тебя внутрь. Снейп следует прямо за тобой, повернув голову к мальчику и о чем-то с ним шепчась.

Когда ты входишь, крошечная прихожая поражает тебя своей безнадежностью. Стены асимметричные и перекошенные, отчего ты слегка спотыкаешься. В воздухе стоит непереносимый запах корицы. Рука Снейпа опускается на твое плечо и неожиданно придерживает. Ты напрягаешься и замираешь, точно окаменев.

- Мадам пока нет дома, - тихо говорит Ганс, провожая вас в маленькую тесную комнатку. – Сэр, если вы будете столь добры, чтобы чуть-чуть подождать, я уверен, она будет рада увидеть вас по возвращении. – Ты отводишь взгляд, потому что в его глазах голод, когда он выразительно на тебя смотрит. Грета улыбается и заставляет тебя сесть рядом с ней. Никогда в жизни тебе еще не было так неуютно, и ты в отчаянии смотришь на Снейпа, надеясь на спасение.

Он присаживается напротив тебя и ничего не говорит. Он внимательно рассматривает тебя, как будто фиксируя реакции. Когда тишина начинает давить, ты не выдерживаешь. Ты должен спросить или сойдешь с ума:

- Что это за место?

Оба – мальчик и девочка – синхронно склоняют головы, услышав твой вопрос.

- Это дом, - просто отвечает Грета, но в ее тоне чувствуется смущение.

Ганс не отвечает. Он смотрит в сторону Снейпа, его странные глаза скользят по видимой полоске кожи на шее мужчины.

- Вы останетесь на ужин? – шелестит он, переводя взгляд на тебя. Опять – голод, и ты беспомощно пожимаешь плечами. У тебя кружится голова, и ты часто дышишь, понимая, что вот-вот потеряешь сознание. Это неправильно. Очень-очень неправильно.

Снейп улыбается уголками губ, и это успокаивает тебя. Это – нить реальности, и этого достаточно, чтобы вернуть тебя на землю.

Грета не участвует в разговоре, куда больше интересуясь тобой. К счастью, она не пугает тебя так, как ее брат (ты так думаешь).

- Как тебя зовут? – спрашивает она и тянется к твоим волосам детскими пальчиками.

Ты вежливо отстраняешься.

- Гарри.

- Гарри, - тихо повторяет она, улыбаясь. Ее губы тоже в крови, и, не успев сдержать себя, ты морщишь нос. – Ты куда симпатичней остальных, - добавляет она. Ты рывком оборачиваешься к Снейпу, который, кажется, поглощен тихим разговором с Гансом.

- Я… Я не уверен, что понимаю, о чем ты, - говоришь ты, проклиная себя за заикание.

Ее перебивает снова открывающаяся и закрывающаяся в прихожей дверь. Воздух, полный удушающей безнадежности, кажется, вообще исчезает из комнатки, когда в ней появляется старая женщина. Снейп встает. Ты хочешь последовать его примеру, чтобы побыстрее уйти отсюда, но маленькая ладошка, опустившаяся на твое бедро, мешает тебе это сделать.

Женщина говорит, и парализующий ужас приковывает тебя к месту сильнее, чем мраморная ладошка на ноге:

- Северус.

Как стальные когти по классной доске, но снизу ты слышишь влажный звук вспарываемой плоти.

Ты не можешь дышать. Ты косишься на Грету, которая ухмыляется. В ее зубах что-то красное, цвета мяса, и ты вскрикиваешь, чувствуя себя так, будто падаешь, и только через несколько мгновений ты понимаешь, что находишься на улице. Даже этот отвратительно сырой переулок кажется глотком свежей воды для твоего пересохшего горла. Ты поднимаешь взгляд на Снейпа, который внимательно смотрит на тебя, угрюмо поджав губы. Он держит портфель правой рукой, а потом ставит его на землю.

- Что?.. – хрипишь ты.

- Я вытащил тебя, - говорит он.

Ты оглядываешься. Ты прижат к стене, спрятанный в тени и далеко от деревянной двери в Ад.

- Испугался? – шепчет он, подходя ближе, его рука поднимается, чтобы стереть капельки пота, выступившие на твоем лбу. Ты закрываешь глаза и приваливаешься спиной к кирпичной стене, издавая звук, который не имеет смысла, но почему-то вполне отвечает на вопрос.

А потом он целует тебя. Это немного отличается от того, чего ты ждал после встречи. Его губы теплые и влажные, ничего общего с тем старым пергаментом, на который были похожи губы детей. Его дыхание горячее и требовательное, его черные глаза широко открыты, на его болезненно-желтоватой коже выступает румянец.

Он рывком отстраняется от тебя и шипит:

- Ужас не закончился со смертью Вольдеморта. Существует вещи, с которыми ты не готов встретиться. Теперь ты понимаешь?

Ты киваешь, твои глаза закрыты, потому что так ты можешь сконцентрироваться на его чарующем голосе и том, как от него теплеет на сердце. Живой. Настоящий. Ничего страшного. Человек. Тело. Снейп, который дышит. Снейп, который не ест детей. Его дыхание сладкое, и ты не чувствуешь крови на его языке. И этого достаточно, чтобы ты рванулся вперед, алча большего.

Он хмыкает, его голос полон триумфа, когда он прижимается теснее к тебе, вдавливает тебя в стену. Ты не замечаешь. Ты хочешь этого. Тебе нужно это. Ты стонешь в его открытый рот. Его язык двигается и формирует слова «Я знаю» где-то у тебя на нёбе.

Ты обещаешь быть послушным, когда он задирает твою мантию. Ты клянешься быть внимательным и хорошо учиться в школе, когда он трется ладонью о твой каменно-твердый член. Ты умоляешь преподать тебе урок, когда он расстегивает твои штаны и скользит длинными заляпанными пальцами по твоей разгоряченной плоти. Одного лишь прикосновения достаточно, чтобы ты выгнулся дугой у стены.

Ты видишь размытые темные силуэты, движущиеся в углах, но тебе все равно. Тебе удобно в длинной шерстяной мантии, которая скрывает вашу близость от любопытных глаз.

- Пожалуйста, - умоляешь ты, а он улыбается. Когда он улыбается, его губы не трескаются и не сочатся кровью, и из-за этого ты хочешь преклоняться перед ним. За этот урок. За это спасение. За это уникальное заклятие памяти.

Он не трахает тебя, не обращая внимания на жалостливые просьбы и обещания хорошо себя вести.

- Я буду хорошим мальчиком, - хнычешь ты ему в шею, когда он обнимает тебя. – Ты будешь гордиться мной, - шепчешь ты настойчиво. – Позволь, я покажу тебе.

Ты страстно хочешь уйти отсюда, хочешь показать ему, очень-очень хочешь.

Так хочешь, что ты возбужден и сочишься, и он дотрагивается до тебя так, как ты никогда бы не смог сам. Ты жалобно стонешь.

- Ты покажешь мне, - шепчет он тебе в ухо. Ты бессильно обвисаешь в его объятиях, тихо признавая поражение, закрывая глаза и приподнимая бедра, желая изгнать из памяти выбеленные глаза и мелкие выщербленные зубы. – Но не здесь.

Тебе все равно. Там или здесь. Главное – сейчас.

Он заворачивает тебя в свой плащ, и ты благодарно жмешься к нему. Он раскрывает ладонь под твоим носом, и ты оцепенело пялишься на то, что на ней лежит. Это зуб, окровавленный и прикрепленный к по-прежнему трепыхающемуся нерву. Ты всхлипываешь и дотрагиваешься до него.

И едва обращаешь внимание на рывок портключа, уносящего вас от этих развалин.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni