Четверг

АВТОР: Karboni
БЕТА: Пани Ирена, ГАММА: eonen

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ/ПЕЙРИНГ: Северус, Ремус
РЕЙТИНГ: G
КАТЕГОРИЯ: slash
ЖАНР: romance

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Хорошо там, где нас нет.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Читать только на свой страх и риск))) Фик безрейтинговый, но содержит кучу МПРЕГа, AU, OOS - по вкусу. Ангст, флафф, юмор, кто что увидит)))

ПРИМЕЧАНИЕ: Курсивом выделены события и разговоры, происходившие в недавнем прошлом.

ПРИМЕЧАНИЕ2: Подарок ОльгеФ. Сиквел к "Марафонцу" и "Вход и выход". Дальнейшее развитие событий - в фике "Лишейра"


ОТКАЗ: JK Rowling их имеет.




"Из Ливерпульской гавани всегда по четвергам
Суда уходят в плаванье к далеким берегам.
Плывут они в Бразилию..." /с/"

Северус Снейп отключался, только приняв зелье беспробудного сна. Уже два месяца он старался победить бессонницу, перепробовав громадное количество пилюль и настоев, но результат отсутствовал. Попытка замучить себя работой потерпела полный провал. Профессор добился только устрашающе - кровавого оттенка глазных белков, головокружения и упадка сил. В зеркало Снейп не заглядывал. Там поселилась помесь тестрала и пугала с огорода Хагрида, способная напугать кого угодно, а не только оригинал кошмарного отражения. Больше смотреть на профессора было некому.

Два месяца назад произошла чудовищная ошибка, обрушившая уютный и размеренный мир Снейпа. Кошмар, поселившийся в снах и мыслях Северуса с момента возвращения ненавистного Блека из-за Завесы десять месяцев назад, стал явью. Люпин ушел. Сбежал.

Лицо оборотня, полное гнева, презрения и еле заметного облегчения, смотрело на брошенного мастера зелий из переплетения кудрявой листвы боярышника и россыпи фиалок в густой траве, забившей никем не полотые клумбы.

Глупые цветы Снейп вытоптал, боярышник испепелил, но хитрый оборотень начал преследовать несчастного Северуса из засыпанных галькой и песком дорожек и вошедших в пору цветенья люпинов.

Снейп заперся в пустом, тихом доме и попытался с головой уйти в увлекательный мир сложного смешения ядов и антидотов. Оказалось, он отвык работать в гробовой тишине, заполнившей его лабораторию. Тем лучше - благодаря ей увлекательнее было придумывать разнообразные планы мщения за свой растоптанный быт и оскорбленные чувства!

А самым неприятным в сложной гамме чувств, обуревавших профессора, был иррациональный страх за подлого оборотня, никуда не девшийся по причине удаленности последнего. Впрочем, повод для страха имелся солидный. И виноват в этом тоже был проклятый Блэк. Ничтожная шавка не успела первый раз переступить их порог, а Северус уже знал, что в жизни Люпина останется только один человек. Ремус декларировал свою любовь и привязанность, но разве за Снейпом он лазил за Завесу? Разве Снейпа поминал каждый месяц случайными оговорками? Нет. Отчаяние, отнюдь не свойственное профессору, толкнуло его сразу на две глупости. Первой глупостью стало обращение за очередным гениальным советом к старшему Малфою, второй – бред Люциуса показался Снейпу разумным. Не иначе, как от неожиданности.



- Люциус, Люпин отдаляется. Проклятая шавка везде.

- Они уже спят?

- Что??? Нет. Блэк ненавидит педиков, о чем распространяется каждое утро за завтраком.

- Он приходит к вам ежедневно?

- А что я могу сделать?

- Уничтожить?

- Он меня бросит. Еще и сам отравится, с горя.

- Невелика потеря. Откуда вышел - туда ему и дорога.

- Люпин. Блэку я бы горло перегрыз. Пусть даже, как собаке.

- Это негигиенично, - холеные руки гладят нефритовый бок старинного кубка, - лучше использовать удавку.

- Говорю же, не подходит! Надо что – то небанальное, - костлявые пальцы нервно расплетают косички бахромы на скатерти. – Только не предлагай снова групповой секс.

- Почему? – Оживился Люциус, - а это идея, я присоединюсь, и мы затрахаем твоего, хм…ненавистного Блэка, естественно.

- Чем естественно?

- Ты прав. Оставим неудачную идею. Не люблю психов. И жгучих брюнетов тоже. Они мне Беллатрикс, дай ей Мерлин как можно более долгого счастья в Азкабане, напоминают.

- Ты любезен. Но дело не в твоей своячнице. А в моем Люпине.

- Ты хочешь от меня чуда. Отмел два чудесных предложения и капризничаешь, требуя от меня каких-то подвигов.

- Ты не способен на подвиги. Я ни от кого не требую невозможного. Например, от Поттера за все годы его учебы не требовал даже зачатков мозговой деятельности. Бывал доволен тупой зубрежкой. Но он и этого не мог!

- А мой Драко очень умный! – небрежно заметил старший Малфой и сделал паузу, для подтверждения собеседником своей сентенции, не дождался, и продолжил, - только грустный в последнее время.

- А я тебе о чем твержу! В смысле, от возвращения Блэка плохо всем.

- Что ты имеешь в виду?

Снейп подавил подлое желание открыть любящему отцу некоторые тонкости личной жизни ненаглядного наследника, уже второй год составлявшего счастье спасителя магического мира, и тем самым, возможно, раз и навсегда избавить себя от негодяя Блэка. Поскольку гарантий, что любящий и успешно обманываемый отец, оставит в живых хотя бы одного мерзавца, вовремя не доложившего ему, Люциусу, обстановку, Северус не имел.

- Драко - чувствительный мальчик. Блэк не может не оскорблять высокоразвитые эстетические потребности твоего сына.

- Несомненно, - Малфой скользнул взглядом по громадному носу и впалым щекам профессора, полюбовался собственным отражением в темном окне и пришел в превосходное расположение духа, - давай рассуждать логически.

- Попытайся, - прошипел обиженный сравнительным анализом мастер зелий.

- Тебя устраивают два варианта. Первый: ты навсегда устраняешь Блэка из жизни Люпина, второй – привязываешь к себе Люпина так, что никакой Блэк не в состоянии помешать вашему союзу, так?

- Примерно.

- Как Люпин относится к святости брачных уз?

- Плевать как. Блэка они вряд ли остановят. Он также будет являться каждое утро, называть меня Сопливусом, извиняться, выливать на меня соус, извиняться, врываться к нам в спальню, и трогать Люпина!!! Я понимаю, что это дружеские объятия, и поганый кобель, по его словам, интересуется только женщинами, но Люпин-то, полуголый, теплый, сонный…Мой!!! А его хватает всякая дрянь! – Северус сглотнул.

Люциус задумчиво кивнул - мол, разделяю твой гнев, друг мой, - поковырял узор на бархате скатерти, посмотрел на алебастровый потолок в поисках нежданного откровения, затем уставился на Снейпа. Удивился про себя, что довольно симпатичный и обходительный оборотень уже сколько лет не делает поползновений найти более приемлемого партнера, затем попробовал представить достойную пару для мрачного страшилища, сидящего напротив. Великодушно пожалел, что годы Снейпа не украсили. Наоборот, юный Северус был…Стоп. Юный Северус. Ребенок. Предположить, что гуляка Блэк будет сидеть дома у пары с маленьким дитем, бред! У Поттеров он после рождения Гарри появлялся раз в месяц на пять минут. Сведения крысеныша перепроверялись и соответствовали истине.

- Северус. Вам нужен сын.



И день тоже был отвратительным. Небо синее, как студенты перед экзаменом по зельям. Солнце, сияет точь-в-точь, как Снейп, снимающий баллы с гриффиндорской троицы в прежние годы, и лучший друг сама предупредительность.

«Старый ты педик, - ласково философствовал Сириус, закинув ноги на спинку ремусова стула. – Вот не появись я, сгнил бы ты, со своим Сопливусом! Стал бы таким же поганым и скучным. Да шучу я, шучу! Ты мой посуду, мой. Вот ведь, жизнь какая - ничтожная тварь, уродец носатый, а тебя, красавца, умницу заставил себе, тьфу, мне об этом думать противно! Что уставился? Правду противно слушать? Да, я за Гарри, за то, что ты со своей подстилкой сальноволосой... положи сковородку! Шучу я. Шучу, и люблю тебя, развратника. Хорошо хоть, Джеймс не дожил до такого позора. Ничего, Гарри я мозги прополоскал, заавадил любовь его позорную».

Ремус прижался лбом к стеклу. Страдать хотелось, как это получалось у Сириуса. Чтоб жалели. Но проклятая погода не способствовала красивым слезам или яростному вырыванию клоков из буйной шевелюры. Да и седые колечки смотрятся в выдранном виде жалко, а не трагически, как, к примеру, спутанные черные пряди. И орать на весь дом о фатальном несовпадении себя и мира тоже не получалось. Люпин очень редко повышал голос. В основном - на тоскующего Сириуса. Но это был особый случай. Тихие замечания его друг не слышал, или не относил на свой счет. А вот Северус…Ремус закрыл глаза и попытался успокоиться. Все в прошлом. Когда-то он смог полюбить убийцу Дамблдора. И продолжал любить отравителя Сириуса. Только жить с ним не мог. Ни минуты. Даже хорошо, что он больше не должен выбирать, успокаивать, просить. Одного, второго... Все решено. Сегодня они уедут. Навсегда. В Бразилию. Там самые прекрасные женщины. Лучший в мире волшебный институт по подготовке специалистов тяжелого метлостроения. Странно, что Ремус о нем ничего не слышал. Там леса, по которым можно бежать несколько суток и не встретить ни одной живой души...

«Круто, Муни, скажи? Полнолуние, мы мчимся, а вокруг - ягуары, гориллы, слоны и гиппогрифы стаями!» Когда глаза Сириуса горели таким ярким пламенем, как-то неловко было упоминать, что шансы найти в Бразилии слонов и горилл, примерно равны обитанию в сельве белых медведей. «И ты, моя любимая жалкая развалина... шучу я, шучу! Насладишься обществом пираний и анаконд! Ты же любишь жаркую влажность, распутный друг! И обезьян, пострашнее... Ремус ты чего? Обиделся? Да у тебя Снейп все остатки юмора выбил». А еще Сириус туманно рассказывал про чудесные методики, местных колдунов лихо изгоняющих зверя из любого организма.



- Чего явился?

- Добрый день, миссис…

- Короче. Чего приперся? Где твой аспид длинноносый? Куда спрятался?

- Что вы! Я один...

- Так я и поверила, - гренадерского роста старуха, не выпускающая из уголка губ сигарету даже во время осмотра больных, поднялась и открыла рот оборотня. Люпин испугался за собственные челюсти и мимоходом вспомнил слышанную в детстве от матери сказку про какого то Самсона, разорвавшего пасть незнакомому льву.

- Горло чистое. Штаны снимай.

- Миссис Макбет, пожалуйста! - Ремус разозлился. – Я прекрасно себя чувствую. Просто замечательно.

- А чего приперся? – Оборотня старуха обожала. Он был милый - во-первых, и живучий - во-вторых. Кроме того, трогательно поздравлял старую миссис Макбет, заведующую отделением хирургической колдомедицины госпиталя Св.Мунго, со всеми праздниками. Невзирая на свое показное отвращение к глупым Дням рождениям Мерлина, Дням основания госпиталя, и прочим незначительным датам, ведьма тщательно учитывала в специальном реестре все пришедшие в ее адрес поздравления и презенты. Особенно приятных сердцу дарителей миссис Макбет, похоронившая недавно, лет десять назад, пятого мужа, включала в список наследников, но так же легко их оттуда вычеркивала.

- Миссис Макбет, Северус сварил зелье. Я его принимал месяц, потом мы расстались.

- Наконец-то! Он что, изобрел зелье, прочищающее глупым оборотням мозги и зрение одновременно?

- Вы говорите, как Сириус.

- Так. Дитя мое, значит это не шутка? Ты еще больший идиот, чем думаешь. Подумай сам, бросить человека, в силу извращенной натуры согласного спорить со мной!!! По поводу твоего лечения? Не понимаю! – Ведьма выплюнула окурок и тут же зажгла следующую сигарету, что соответствовало крайней степени волнения. Ибо считала приличным для дамы столь элегантного возраста делать двухминутный перерыв между порциями «маггловской заразы», - может вас нужно помирить? Я легко справлюсь. Со всей присущей мне деликатностью. Сейчас настрочу твоему Снейпу…

- Не надо, дорогая миссис Макбет. – Ремус осторожно погладил покрытую веснушками возраста руку грозной собеседницы, - выслушайте меня.

- Не нравится мне твой дружок. Глазки бегают. Зырк туда, зырк обратно. Неладно, что-то в вашем хлеву. Что рот разинул? Ждал, про королевство тебе крякну? Не ваш случай. Или дивишься, что я стишки жалкого лгуна помню?

- Вы же врач! Выслушайте меня!

- Врач первым делом - зодчий души! – заметила старуха, но гневаться не стала. - Ты принимал зелье. Оно не дает эффекта? Или эффект есть, но не тот, что ждал мой жалкий друг?

- Я не трансформируюсь уже три месяца.

- Неужели? Твой парень гений.

- Да. Но, понимаете, я остаюсь оборотнем. Я чую ароматы, даже сильнее, чем раньше. Меня мутит от определенных запахов. От некоторых блюд тошнит, особенно по утрам, понимаете?

- А еще что?

- Отекаю. Слабость. И духота. Она убивает меня, а Сириус не любит сквозняков.

- Снимай штаны.

- Я думал, вы дадите мне зелье.

- Раньше надо было думать. Предохраняться. Что в твоем случае значит не тащить в рот все, что тебе дает твой длинноносый дружок, под маркой ликантропного зелья.

- Что со мной? – Ремус растерянно опустился на кушетку и стянул поношенный джемпер. Миссис Макбет вытащила длинную как указка, розовую палочку, и принялась водить ей по животу, груди и голове оборотня, - Сириус не дает мне зелий. А еще, мне иногда кажется, что во мне живут часы. Тикают.

- А ты сам кого хочешь?

- В смысле? Домой или к Сириусу? В смысле, вернуться к Снейпу или на Гриммуальд-Плейс? Но у меня нет выбора.

- Верно, – одобрительно кивнула старуха. – Выбора нет. Это мальчик.



Дурацкий желтый свет пробивался через плотно задернутые портьеры. Северус Снейп сморгнул нахальный солнечный лучик и окончательно вывалился из снотворного забытья. День явно был не обычный. Не просто пустой и отвратительный, а связанный, с чем то из прошлой жизни с Люпином. Профессор натянул халат, спустился в холл, посмотрел в календарь и скривился. «Мерлин… Первая суббота третьего месяца. Визит Флинта. Хотя, может быть, Люпин поимеет совесть и придет сюда, чтоб самостоятельно принять «мальчика»? Он же трепетно относится к чувствам других людей. А наш разрыв может ранить «нежное сердце» потомка горных троллей. Идиот Люпин. Идиот. Точно придет. И заставит меня поддерживать видимость нормальных отношений. А точнее, попросит прийти в гостиную, рявкнуть приветствие и сбежать в лабораторию. Как обычно. Тогда я поставлю Люпина на место. Огорошу своим известием. И Люпин останется. Что он может без меня?" – Северус отдернул портьеры и принялся вдохновенно уничтожать следы собственной тоски и усталости, - "Скажу ему после того, как Флинт уйдет. Вряд ли это животное с комплексом неизбывной благодарности будет спокойно наблюдать за валяющимся в обмороке Люпином. Падать Ремусу нельзя. Заставлю сесть. Мерлин, ему и обмороки противопоказаны. Хотя он крепкий. Мерлин, при чем тут его устойчивая психика? Мне бы кто сказал: "Северус, ты беременный..." Я б заавадил, а потом разбирался в информации. Нет, он уже должен ощущать постороннее присутствие. Третий месяц. Я просто подтвержу его догадки. Если, конечно, мерзавец думает о чем-то кроме своего ублюдочного дружка и его сумасшедшего крестника. Вот кто неблагодарная тварь. А Люпин останется," - Снейп распахнул окна, и свежий воздух потек внутрь склепообразного дома, уничтожая затхлый запах нежилого помещения, - "он будет полностью в моей власти. Шавка куда-то собиралась смыться? Вместе с пащенком? Туда им и дорога. И когда Люпин окончательно станет беспомощен и никому не нужен, я его вышвырну! Месяце на восьмом». Профессор довольно скривился и пошел на кухню, ставить чайник и жарить любимый Люпином бифштекс с кровью. Пусть почувствует, как хорошо дома. У него, Снейпа, дома.



Маркус Флинт, помимо двух других достоинств, таких как сила и решительность, был исключительно благодарным человеком. Просто до недавних пор проявлять благодарность было не к кому. Но два года назад профессор Люпин вытащил из тюрьмы единственную одушевленную привязанность Маркуса - бывшего вратаря «Саламандр» Оливера Вуда, чем раз и навсегда заслужил в сердце мрачного и нелюдимого профессора Флинта приязнь и уважение, доселе ни к кому не испытываемые. Начал выражать симпатию молодой преподаватель Хогвартса вполне достойно. Любезно предоставил оборотню право составить список личных врагов и клятвенно пообещал принести их головы на серебряном блюде. Растроганный Ремус прослезился, но почему-то отказался от выгодного и великодушного предложения. Маркус слегка удивился, но, посоветовавшись со своим обожаемым Оливером, чье умственное превосходство с удовольствием признавал, понял, что с серебряным блюдом он переборщил. Следующим жестом, долженствующим обозначать доброе расположение Флинта, была собственноручно вырезанная из твердых пород дерева, а точнее дуба, статуя профессора Люпина, установленная в гостиной преподавателя квиддича. Вуду изображение понравилось, как впрочем, все, что делал руками его троллеобразный друг, но Ремус, которому шедевр был представлен в торжественной обстановке, получил тяжелую моральную травму, обнаружив у себя короткую третью ногу, отсутствие лица и странные наросты на спине. Ранить Маркуса обвинением о несоответствии копии и оригинала он был не в состоянии, но слезно умолял никому не показывать свой скульптурный портрет, уверяя, что его скромность не выдержит всеобщего восхищения. Северус Снейп, как особа приближенная к телу объекта художеств Флинта, тоже присутствовал на просмотре и явил себя тонким знатоком абстрактного искусства, растолковав по пути домой глупому Ремусу, что уродливые наросты суть ангельские крылья, отсутствие лица - тонкий намек на безадресность добра и справедливости, а третья нога - хорошо, если нога, а не то, что думает мастер зелий, ибо в противном случае его чрезвычайно интересует, откуда скульптор узнал размеры прототипа. И пока Люпин пытался найти достойную гадость в ответ, предположил что шедевр перенесут в спальню, дабы украсить помещение прекрасным образчиком философско – эротического искусства. Так, впрочем, и произошло. Маркус, однако, на рукотворном обожествлении оборотня не остановился и прислал Ремусу письмо, где красивым почерком Вуда было написано, что поскольку за спасение дорогого Оливера они с дорогим Оливером являются вечными должниками п.Люпина и п., бывшего м.Снейпа, то раз в три месяца он, Маркус, будет лично приходить к профессорам в гости, с подарками, и пусть они даже не мечтают отделаться от его визитов. Ибо любое доброе дело не должно оставаться неоплаченным. Растроганный Ремус притащил письмо в лабораторию Снейпу, и пока последний мыл руки, тоскливо убеждал себя, что раз в три месяца можно потерпеть присутствие такого приятного молодого человека, как Маркус Флинт. Северус спорить не стал. Изгнал из трехцветных глаз затравленное выражение нежными поцелуями и дал слово каждый раз перед визитом благодарности готовить любимому подборку о последних новостях квиддича. Маркус слово держал, приходил строго, раз в три месяца, приносил бутылку огневиски и шоколадный торт и в течение часа, а то и двух, чинно пил с оборотнем чай. А коварный Снейп обманул, обзоры матчей не готовил, больше чем на неразборчивое приветствие его не хватало, но поскольку опасности его с Ремусом счастью бочкообразный Флинт не представлял, относился к этим посещением, хоть и с иронией, но на фоне более частых и внезапных визитов остальных знакомых Люпина, весьма положительно.



- Эй! Ты, заснул? Мы пришли! - на лестнице загрохотала вешалка, раздался жизнерадостный смех, дикие вопли, противный металлический скрежет и дом вздрогнул, вслед за оглушительным хлопком входной двери.

- Ремус!!! Тащи сюда свое рахитичное тельце! Ты собрался? Даже не начал? Наш любимчик луны предавался грезам о пакостном любовничке? Ремус!!! Сколько можно тебе орать!!! Мы голодны, как стая твоих соплеменников!!! Верно, Гарри?

Ремус отлепился от унитаза, вытер губы и, с трудом распрямившись, потащился вниз к источнику хорошего настроения и бурного веселья дома на Гриммаульд Плейс.

- Ремус, я не хотел…

- Старая ты скотинка!!! Сурок ты, а не волк! Ну, иди ко мне, дай поцелую, и ты враз забудешь, как тебя лизал сраный Сопливус! Гарри, заткни уши! А что ты такой зеленый? От тоски? Да…вот они, друзья, - радостно кричал Сириус, стуча кастрюлями уже на кухне. - Пусто! Мог бы суп сварить или курицу! Гарри! Гарри, тащи сюда выпивку!

- Сириус, ты купил мне зелье?

- А, я о нем помнил! Отлично, маггловское пиво, куда более сносное, чем сливочная дрянь Розмерты. О чем мы говорили? О чемоданах! Ты сложил чемоданы, свет мой, голубой? - Сириус довольно заурчал, расставляя разноцветные банки, - что застыл? Нет? А чем ты занимался все это время? Блевал? Завидую тебе, голубь! Разнообразная и веселая жизнь!

- Ты купил мне зелье???

- Да помнил я, помнил. Но зачем тебе зелье? Ты и так отвратительно выглядишь. Все зло от лекарств, съешь вон карбонат, или хлебни огневиски. Зелье... Какой же гадостью он тебя пичкал, что ты без зелий шагу ступить не можешь.

- Ремус, я говорил про ваше лекарство, но у нас хватало денег только на…

- Продукты! - солнечно ухмыльнулся Сириус, обнимая юношу за плечи. - Вот, вырастили ябеду в мое отсутствие! Ничего! Сделаю из тебя такого мародера, не чета жалкой развалине Муни. Даже не знаю, за что люблю!

- Я же просил только одно. - Ремус сжал кулаки. Маленький будильник внутри зачастил. - Зелье от тошноты! В любой лавке! В любой оно есть!

- А я не спорю! Но я противник всех этих зелий. Гадость. Лучше рот прополоскай. Целоваться с тобой все равно никто не будет.

Ремус мысленно досчитал до десяти, и задал другой вопрос.

- А университет? Вы забрали документы Гарри, открепительное удостоверение, справку об оценках и письмо в институт Бразилии?

- Успеем, - отмахнулся Сириус. - Мальчику нужно отдохнуть, своей учебой вы его замучили.

- Я напишу письмо, попрошу отправить документы совой, - неуверенно начал Гарри, - понимаешь Ремус, мы сначала зашли в, - Сириус сжал запястье юноши, Гарри покраснел и беспомощно уставился на крестного.

- Какое тебе дело, Муни, где мы были? Ему пора понять, что помимо всяких Темных лордов, бывших УПСов и старых педиков в мире существует куча отличных вещей. Стой, Ремус, ты что, это шутка!

- Куда ты его водил??? Ты говорил, что вы идете в университет! Ты что творишь, а? - боковым зрением Люпин увидел искаженное ужасом лицо Поттера и выпустил полузадушенного друга,

- Сириус, - оборотень попытался выровнять дыхание и успокоить постороннее существо внутри собственного тела, - мы с Гарри едем в университет. Если не получим документы, никто никуда не поедет.

- Ты бешенный, как в старые добрые времена! Мне нравится! Поезжай, конечно. Только в обморок не хлопнись. И не забудь зелье тошнотворное, я волнуюсь за тебя, друг мой! Волнуюсь, волнуюсь, - пел Сириус на неопознанный мотивчик, глядя, как обескураженный Гарри, покорно следует за злым, а поэтому опасным вблизи оборотнем.

- Пока, моя любовь, катись. - Как только дверь закрылась, Сириус, ухмыльнулся, и крупными прыжками помчался в заброшенный чулан, полный старого хлама и камином, которым по причине необжитости помещения, никто не пользовался. Бывший мародер наложил заклинание на дверь и засунул голову в дымоход.

- Люциус.

- С ума сошел! Чего ты кричишь? А если бы Драко или Нарцисса увидели тебя?

- Поздоровался б, по-родственному, к чему церемонии.

- Что тебе еще нужно?

- Гарри поехал за документами и рекомендациями в институт.

- Весьма похвально.

- Мальчик тянется к учению. Посредством Ремуса. Чтоб его.

- Я тебе предлагал оставить оборотня в покое?

- Заткнись. Вы, слизеринцы, вечно норовите цапнуть чужое добро. Через полчаса они узнают, что в Бразилии нет никаких колдовских учебных заведений.

- Это не мои проблемы.

- Ремус никуда не поедет, не пустит Гарри, тот останется здесь и рано или поздно он встретит твоего крысеныша.

- Хочешь знать, что я сейчас с тобой сделаю?

- Угрожаешь? Удачи. Пошлю Снейпу письмо, с сообщением, кто дал мне яд, которым он меня якобы отравил.

- Ты сам просил.

- А ты хотел, чтоб твой... ладно, шучу, хорек бросил Гарри!

- Это ты хотел, чтобы рядом с твоим ублюдочным крестником близко не было моего мальчика!

- Мерзавец. Ладно, уговорил, мы остаемся.

- Что я должен сделать?

- Так, чтобы Гарри подписали любые бумаги и никто, в особенности Люпин, ничего не заподозрил.

- Когда вы, наконец, исчезните из моей жизни!

- Вечером, Люциус, вечером!

- Кстати, как чувствует себя оборотень?

- Фигово. Но ничего, оклемается. Морской воздух полезен беременным оборотням. Выблюет семя твоего Сопливуса.

- Если я тебе отвратителен хотя бы на одну пятую от того, как ты ненавистен мне, тебя должно тошнить сильнее, чем всех беременных женщин этого города.

- Я не брезглив. Привык убирать гуано за Клювиком. Мне все равно с кем общаться, шучу и прощай, - мраморный бюст хозяина шлепнулся в центр углей, где только что мерцал оскал Сириуса Блэка.



Первой испуганной мыслью профессора Ремуса Дж. Люпина при пробуждении было, что он проглотил часы. Внутри разморенного сном и нещадно нагретого любимым ватным одеялом Северуса тела ритмично тикало непонятное устройство. Ремус осторожно выпутался из рук сожителя и свитого последним за ночь гнезда, и, стараясь не дышать, выскользнул из спальни. "Странно, - думал профессор, - даже если допустить гипотетически, что мною была проглочена маггловская штуковина, откуда она взялась в доме? Ерунда какая-то. Как я мог съесть посторонний предмет и не заметить? Нет, Северус волен думать, что я рассеян до неприличия, но я то знаю, что все обстоит совсем не так. А если не часы, тогда что? Селезенка ёкает? Глупости, совсем другие ощущения. Может, во всем виновата духота?" Ремус задумчиво покачал головой и встал под душ. Холодные струи вызвали сбой в таинственном механизме. Он принялся тикать размереннее, более плавно, а так же, по ощущениям, переместился чуть выше. Оборотень положил руку на место, где едва трепыхался загадочный предмет, и сделал третье открытие за утро. Нечто, условно названное им часами, попыталось переместиться поближе к ладони Ремуса, но не преуспело в стараниях и разочарованно притихло. "А вдруг я проглотил жука? У Северуса слабительное зелье стоит в нижнем ящичке 8-го шкафа с готовыми зельями или в верхнем? Мысли идиотские в голову лезут. На меня оно не подействует. Или получится? Странно. Хотя звук может быть последствием нового изобретения Северуса. Я живу с гением. Когда антиликантропное зелье запатентуют, - размечтался оборотень, - магический мир поймет, что величие Северуса, не только в том, что он был выдающимся министром, героем войны с Волдемортом, но еще в его огромном сердце! И Сириус поймет, какой необыкновенный человек мой Северус." По утрам Ремус был патетичен и романтичен сверх всякой меры. Длилось это счастливое состояние обычно до завтрака. Точнее, до прихода Сириуса Блэка. Вопреки тайным страхам Люпина, после возвращения из-за Завесы, его друг не только не осудил выбор Ремуса, а наоборот, только и делал, что устанавливал со Снейпом приятельские отношения. Подходя к вопросу, как всегда неформально и творчески. Ежедневно Бродяга являлся к ним по утрам, завтракать. И вел себя, с точки зрения оборотня, идеально. А вот Северус каждый совместный завтрак умудрялся превращать в некрасивый скандал. Но чистая душа Сириус бровью не вел на подлые инсинуации любовника своего друга, продолжая сеять мир и добро в поместье, оставленное бывшему министру исключительно из нежелания связываться. Поначалу Снейп пытался переносить завтрак на более раннее время. Вскакивал не свет не заря, несся на кухню, быстро готовил на двоих, и пинками гнал вялого полупроснувшегося Ремуса глотать полезную организму овсянку. Но максимум через три минуты над дверью оглушительно гремел колокольчик, и сияющий, бодрый Сириус влетал в кухню, искренне извинялся за невольное опоздание и усаживался за стол, ласково глядя на полную тарелку дремлющего над едой Ремуса. Снейп ярился, но поделать ничего не мог. Ибо Люпин был счастлив. А, судя по далеко идущим планам Северуса Снейпа, скоро его любимый оборотень должен был стать абсолютно счастливым, окончательно и бесповоротно. И тогда, диктовать условия будет он, Снейп, а проклятый пес исчезнет из жизни мастера зелий окончательно и бесповоротно. Благо, Люпину будет, чем заняться без паразита – приятеля и драгоценного спасителя магического мира. Но пока замечательное событие не произошло, чем меньше его персональный оборотень будет нервничать, тем удачнее получится результат эксперимента. Ремус, чрезвычайно внимательный ко всему, что касалось Снейпа, Гарри, или Сириуса, к своим недомоганиям относился легкомысленно, и к концу умывания успешно убеждал себя, что тиканье ему просто показалось. Что это мог стрекотать сверчок, или другая букашка, а он, неизвестно с чего нашел источник звука внутри собственного организма. Оборотень потянулся. И услышал стук в дверь. Следующим звуком стал набор редких по красоте и изысканности проклятий, шаги и удивленный возглас «Люциус? Что случилось?»

- Ничего. Доброе утро. Ты один?

- Утром? Нет. Ремус где-то здесь. А сейчас сюда явится его дворняга, хорошо, если без сопровождения своего безумного крестника.

- Северус, я все слышал и огорчен. Ты отзываешься о моих друзьях абсолютно неподобающим образом.

- Вот тебе мой, если так можно выразиться, друг, оскорбляй!

- Прошу прощения мистер Малфой, доброе утро.

- И вам.

- Позавтракаете с нами?

- Вы любезны, но я ем только дома. Кофе и рогалик меня вполне устроят. Еще свежие сливки и немного ягод. Вишня или клубника. Бекон хорошо прожаренный. Я сяду здесь.

- Конечно, вы гость, - мило улыбнулся оборотень, незаметно наступив на ногу, готового возмутиться Северуса. – Мы очень рады вам. Колокольчик над дверью весело затрезвонил.

- Рады. Ведь все познается в сравнении. Да, Северус? – хмыкнул мистер Малфой, оценив вид перекошенного от ненависти профессора Снейпа.

На пороге Сириус Блэк нежно обнимал Ремуса Люпина. Рядом с бывшими мародерами стоял спаситель магического мира Гарри Поттер.

- Красавец! Ремус, ты чудесно выглядишь! А на фоне двух слизеринских соплохвостов так просто розовый куст! Шутка! Гарри, не стой столбом, хотя от зрелища этих статуй замороженных окаменеет не только невинное дитя, но и такой знающий жизнь мародер, как я!

- Блэк. Ты в моем доме. Как ты смеешь разевать пасть на меня и моего гостя - приглашенного, в отличие от тебя!

- Видишь, Муни, как он меня ловко на место поставил? За невинную шутку! И тебе указал заодно, в чьем доме ты живешь, из милости, а то разбежался, «мой дом» «ко мне в гости», тьфу! Раздевайся Гарри, сейчас Сопливус... о!!! прости друг мой, проклятая привычка, так казню себя за нее, так убиваюсь! Приготовит нам какую-нибудь отраву!

- Сириус, что ты несешь, - поморщился Люпин, - следи за языком, пока я не рассердился.

- Ты? Ты, Люпин? Что ты не сделал? Ты пропускаешь мимо ушей все оскорбления, которыми твоя проклятая шавка осыпает меня! А мне стоит намекнуть…

- Северус. Отвратительно. Сириус наш гость, как ты можешь.

- Он первый начал!

- Я оговорился, пошутил! По-дружески! Эх, что нам с этим старым перечником делить–то? О! Опять, вырвалось, но я раскаиваюсь! Вперед, Гарри.

- Здравствуйте. – Гарри попятился к двери, - Сириус, можно я на улице подожду, пока ты завтракаешь?

- Видишь? Видишь до чего твой Сопливус довел ребенка? Я хотел сказать, Снейп ранил чистую душу!

- Прекратите! Гарри, идем, они, когда жуют, молчат!

- Люциус, ты видел таких бесстыдных тварей? – Профессора Снейпа трясло, как будто он был листом клена на осеннем ветру, - этот ничтожный выродок, эта безмозглая отрыжка гиппогрифа издевается, у меня руки чешутся придушить мерзавца.

- А Люпин даже не замечает. Прикончи его тоже.

- Ага, и куплю себе плюшевого волка, для утех плоти. Ты так же глуп, как эта троица, дорогой Люциус!

- Северус, мистер Малфой, идите завтракать.

- А то мы подумаем, что у вас завелись грязные секреты от ваших лучших друзей! – жизнерадостно вопил из кухни Сириус.

Снейп почернел, выдвинул вперед острый подбородок и кинулся в кухню с решимостью домохозяйки, охотящейся за молью. Или мухой, если брать в расчет масть объекта профессорской злобы.

- Северус, будь добр, передай Сириусу сахар.

- Нормальные люди не пьют по утрам сладкий чай, - Люциус Малфой презрительно отправил в рот маленький ванильный рогалик. - Нормальные люди завтракают дома, - прорычал профессор, злобно глядя на безмятежно улыбающегося Сириуса.

– Люциус, передай ему сахарницу сам. У меня руки дрожат от удовольствия завтракать в такой компании.

- Все, Люци, тебе отказали от дома! Я то здесь полгода завтракаю, а таких обидных слов не слышал! Что ты сахар зажал? Давай сюда.

- Прекрати, Сириус. Как не стыдно, мы держим сахар только для тебя, Северус не любит сладкое, я ем шоколада столько, что…Сириус!!! Что с тобой!!! Сириус!!!

- Сириус!!! Помогите, это все вы!!! Вы ненавидели его! Я убью вас!!!

- Камень, Северус, что ты стоишь столбом, неси безоар…ты…зачем…Что же ты наделал…

- У меня, у меня есть! Я после Рона всегда таскаю! Убийца!!!

- Засовывайте глубже, Поттер, вот так. Я держу голову. Да, Северус, ты, конечно, имеешь право не любить негодяя, но яд... вдруг бы его принял я, или мальчишка?

- Да что вы придумываете? – взорвался Снейп, - я не идиот! Ремус, поверь я не при чем!

- Убийца! Вызовите Авроров!!! Я ненавижу его! Крестный!

- Тихо, Гарри, все, он шевелится, дышит, все нормально. Его надо в больницу, успокойся, мальчик, все позади.

- Ремус, это ошибка. Я не хотел, то есть, хотел, но глупость же! Не способен я. Идиотизм.

- А кто отравил ваш сахар, если ест его только Блэк, когда у вас в гостях?

- Ненавижу!!! Вы ненавидели его!!! Всегда, всех нас! Вы и Ремуса могли отравить, представьте - вдруг у него бы шоколад кончился!

Северус побледнел и медленно опустился на стул.

- Тихо. Сириус пришел в себя. Мы забудем об этом прискорбном случае. Северус мог случайно насыпать яд в сахарницу. В доме полно отравы.

- Малфой, ты с ума сошел! Я не путаю яды с продуктами! Я не трогал проклятого пса!

- Он сволочь! Я не согласен! Я посажу его в Азкабан!

- Гарри. Хватит. – Ремус взял юношу за руку и на секунду прижал к себе, - подожди нас за дверью. Мистер Малфой, отлевитируйте Сириуса на улицу. Я выйду через минуту, возьму самое необходимое.

- Я в порядке…- Сириус сел, и слабо потряс головой, - я могу идти. Какая же ты злобная и низкая тварь Северус. Муни, мне нехорошо…быстрее, я лечь хочу…- цепляясь за не слишком довольного подобным обращением Малфоя, Блэк поднялся и, жалобно поскуливая, направился к двери, - Мерлин, тебе судья, негодяй…

- Помогите ему, мистер Малфой, - крикнул Ремус, хватая по дороге в спальню самое ценное имущество - портрет Гарри, потрепанную мантию, и маленький, обшарпанный саквояж с бумагами.

- Ремус, постой! Я не трогал, пальцем не трогал поганого пса, почему ты мне не веришь?

- Я верю. Ты не трогал. Ты отравил. Прощай, Северус, – уходя, Люпин так и не посмотрел на профессора Снейпа.



- Странный волшебник. Я его раньше в университете не видел. Но, главное он отдал мне все документы, и я свободен, как гиппогриф в воздухе! Правда, Ремус?

- Ничего не понимаю... тут написано, что ты окончил второй курс, но ведь ты учишься на третьем? «Рекомендовано обучение в магическом институте тяжелого метлостроения на факультетах экономика магии, дизайн метел и метафизические свойства летательных предметов» Гарри, ты же изучал теоретическое метлостроение? Давай вернемся и попросим исправить документы?

- Но Ремус, три часа, мы не успеем! Табель верный, там черным по оранжевому написан факультет и курс. Если что, получим дубликат с правильным факультетом совиной почтой! А потом, погодите, мне интересно, что такое метафизические свойства летательных предметов? Нам эту дисциплину даже не читали! Я получу шанс узнать столько нового!

- Ты такой взрослый и разумный, - Ремус ласково погладил встрепанную черную шевелюру, - хорошо, тебе решать.

- Привет, Поттер.

- Э…Малфой…- Гарри замер и набычился.

- Я могу сказать тебе пару слов на прощание? – Драко Малфой нехорошо ухмылялся, - наедине.

- Мы торопимся, - Ремус старался не смотреть на темные круги под глазами юного Малфоя. Они почему-то совершенно не вязались с уверенным видом и тщательно уложенными волосами.

- Не беспокойтесь мистер Люпин. Я пальцем не трону вашего воспитанника. Мы просто поговорим.

- Ремус, я не боюсь.

- Я подожду тебя, Гарри.

- Я прошу у тебя час, Поттер. Всего час. Мы же больше никогда не увидимся, - голос Драко звучал тихо, но ровно.

- Куда пойдем?

- Не надейся. В кафе.

- Гарри, тогда я, пожалуй, тоже, аппарирую в одно место? Хорошо?

- Тогда, через час у Флориана?

- Договорились. – Ремус зашел за угол и раздался тихий хлопок аппарации.



За годы совместной жизни Люпин пропадал всего один раз. Тогда не было так плохо. Тогда в глубине души профессор знал, что все кончится хорошо. Его оборотень вернется. А сейчас была такая же сильная убежденность, что все закончилось. Люпин ушел навсегда. Все мечты Северуса пошли псу под хвост. Нахальному и удачливому псу. Пару раз заходил Люциус и убедил измученного тайной отравления профессора, что произошел неконтролируемый выброс магической энергии легко превратившей сахар в мышьяк. Потом Малфою надоело, сидеть рядом с погруженным в состояние глухой злобы Северусом, и он пропал. А Снейп сперва надеялся, что к нему зайдут за оставшимися вещами. Потом, что оборотень вернется, обнаружив положение, в котором очутился без малейших на то предпосылок. Но дни мерно цокали по черепичной крыше поместья, а Ремуса не было.



В дверь постучали. Северус нетерпеливо сбросил домашнюю мантию, схватил с крючка парадную, черную, как воды реки мертвых, и впервые в жизни пожалел, что не успевает не то что вымыть голову, но даже причесаться. Медленно подошел к входной двери и величественно прокаркал, - Входи, открыто



- Оливер... я, может, и идиот, но профессор Снейп не станет травить друга профессора Люпина. Он же хороший.

- Ты как всегда прав, Маркус. Профессор Люпин очень хороший.

- И Билл Уизли так думает. А он не дурак. Билл Уизли.

- Дураки в Гриннготсе не работают.

- И я о том же. Билл парень не промах.

- А я говорил с Фредом. Фред тоже не дурак. И Джордж.

- Далеко не дураки. Такие деньги сделать.

- Дураки денег не сделают. Они тоже не верят. Я думаю, Блэк сам себя отравил.

- Ты это придумал сам? Ты очень умный, Оливер.

- Не думаю. Но посуди сам. Ты хочешь заманить Фреда в команду, так?

- Неплохо. Хороший игрок.

- И ты - друг Фреда.

- Нет. Я знакомый.

- Ладно. Давай по другому. Ты хочешь заманить в команду меня.

- Конечно. Ты вратарь первоклассный.

- И мы друзья.

- Нет. Мы не друзья. Ты больше, чем мой друг.

- Ты очень умный, Маркус, но я играю на другом факультете.

- Ты гриффиндорец.

- Да. И у меня есть друзья. Фред и Джордж.

- Это не мое дело, Оливер, но мне неприятно.

- Не как ты.

- Тогда другое дело.

- Я уйти в твою команду не могу. Я верный друг Фреда и Джорджа.

- Ты самый лучший, Оливер.

- Точно. Что должен сделать ты?

- Ну…то, что мы играем за разные команды, нам не мешает?

- Мешает. Ты меня видишь редко.

- Убью Фреда и Джорджа. Хотя они неплохие парни.

- А если ты хитрый?

- Я?

- Убьешь себя. Взорвешь.

- Но я не увижу тебя, Оливер…Я не хочу!

- Значит, убить себя нужно понарошку, не до конца. Это называется покушение.

- Так, чтобы все думали, что это сделали…

- Фред и Джордж!

- Оливер…ты очень умный. Ты перейдешь ко мне в команду?

- И все будут думать, что я прав. Поступил, как друг.

- Но Фред и Джордж будут знать, что они меня не убивали!

- А кто им поверит?

- Я бы не поверил. Они вечно, что-то испытывают, взрывают. Да они сами могут решить, что напортачили. Ты гений, Оливер.

- Что ты. Ты сам до всего додумался.

- Как считаешь, рассказать это профессору Люпину?

- Сначала расскажи профессору Снейпу. Ты же пойдешь в субботу в гости?

- Какой ты умный, Оливер! Иди ко мне…



- Здравствуйте, профессор Снейп. Погода ничего, – на крыльце переминался самый молодой преподаватель Хогвартса Маркус Флинт.

- А где Люпин? – Вопрос вырвался автоматически, и несколько секунд обычно непроницаемое лицо профессора выражало животную тоску и острое разочарование.

- Не в курсе. А вы? – Выполнил инструкцию Вуда, искренне интересоваться собеседником, Маркус, - Я войду.

Поскольку в словах потомка горных троллей звучало утверждение, Снейп посторонился и подумал, что хвала Мерлину, юноша полюбил квиддич и Вуда, а не боевую магию и, к примеру, Беллатрикс Лейстрандж. А еще, что в присутствии Флинта, даже когда он в прекрасном расположении духа, чувствуешь себя примерно так же, как в клетке с гигантским карликовым тиранозавром, выведенным путем магического скрещивания дракона, гиппогрифа, нетопыря и землеройки пещерной. Размерами гадина была небольшая, 3 на 3 метра, но весьма свирепая, хотя питалась, по уверениям создателей, в число которых входил и Хагрид, исключительно зернами. А когда с профессором жил Ремус, Маркус воспринимался как волкодав Клык, навязчивый, но безобидный.

«А может, Люпин еще придет? А то что мне рассказывать? О чем я вообще могу говорить с этой тупой тушей!» профессор сжимал и разжимал кулаки, пытаясь унять разочарование, но стоять на пороге и изучать медленно оживающие кусты боярышника дальше, становилось невозможно.

- Как дела, Маркус? Или уже профессор Флинт? Как прикажешь тебя называть? – попытался пошутить мастер зелий.

Маркус побагровел и второй раз в жизни смутился. Первый раз был, когда Оливер пригласил Маркуса на квиддичный матч.

- Профессором, - он выставил на стол бутылку огневиски и шоколадный торт, – но недолго. Так, порадоваться. Я ж теперь как вы. Профессор. Сильно!

- Итак, как ваши успехи в преподавании, коллега?

- Вот вы, профессор, хотите играть в квиддич?

- Увольте. Стар я, да и на метле давно не сидел.

- Ну…вы, старый и неуклюжий, хотите летать на метле?

- Нет, Маркус, я не хочу летать на метле!

- Хотите! – Зарычал Маркус, понимая, что теряет нить разговора.

- Хорошо, - угрюмо согласился Северус, - хочу.

- Выпьем?

Мысль Снейпу неожиданно понравилась. Он встал, вытащил маленькую пузатую рюмку для себя, потянулся за второй, но, оценив внушительные габариты собеседника, достал пивной бокал. Гость одобрительно кивнул.

- Будьте здоровы, профессор Флинт.

- И вам, - опрокинув бокал, молодой человек почувствовал себя более уверенно, - у вас есть друг, я. Вы взрываетесь, но не до конца, ведь вы Фред. И все думают, что это правильно.

- Коллега, думаю, вам нужно быть осторожнее с алкоголем. Определенно он влияет на ваш мозговой аппарат.

- Да ни фига подобного. Что тут пить? – Маркус замолчал. Ясно, что пресловутый ум профессора Снейпа был явным преувеличением, и они нескоро договорятся, - Оливер очень умный.

- В зельях он был безнадежен, - Северус посмотрел на часы. – Но с тех пор прошло много лет.

- А где профессор Люпин?

- Меня это не интересует. – Снейп судорожно сжал рюмку. – Я, понимаешь, Маркус... Люди живут вместе, живут, а потом расстаются. Потому что…

- Вы убили друга Люпина!

- Я не убивал! Хотя, Мерлин, зачем я тебе-то это доказываю.

- Оливер очень умный. Он говорит, что если Фред и Джордж ничего не взорвали, все равно будут думать на них. Так Оливер говорит. Я тоже так думаю.

- Причем тут рыжий кошмар Хогвартса?

- Но, когда Хетчер взорвал бомбу вонючку, наказали их!

- Погоди...

- А они сами не помнили, они или не они.

- Я сам назначил отработки.

- Точно.

- Я думал, Ремус придет сегодня сюда. Он любит тебя и Оливера.

- И вас.

- Сомневаюсь.

- Подождем. Я посижу с вами.

- Ты считаешь, мне нужна твоя поддержка?

- Зачем? – искренне удивился Маркус, - но вам может понадобиться помощь.

- Говоришь... - Северус поднялся и, заложив руки за спину, принялся нарезать круги вокруг стола, - друг, и я хочу летать, ну-ка, повтори мне слово в слово слова Оливера. Сможешь?

- Конечно. Он очень умный.



- Ты выгоняешь меня?

- Драко, послушай, вовсе нет.

- Что значит – проверить чувства? Что значит, ты ошибался в своих предпочтениях? Гарри, да что с тобой?

- Я должен подумать. Сириус утверждает, что мне просто не с чем сравнить. Что порочное влияние профессора Снейпа, превратило меня в…

- Грязного педика? Я уже два раза слышал! И больше терпеть не стану!

- Драко, пойми, я хочу быть твоим другом.

- Я не хочу! Я!!!

- Мы можем встречаться! Квиддич, или там, дни рождения друзей, или…

- Поттер, у тебя не останется друзей. Никаких. Только твой проклятый крестный. Он все рушит! Все!

- Не смей, так говорить! Не смей оскорблять единственного близкого мне человека!

- Гарри, а я? Кто я?

- А ты, племянничек, жалкий хорек. Будешь хныкать? Еще бы, умей проигрывать достойно, а вещи, - кричал, перегнувшись через резные перила Сириус Блэк, - пришлю в имение!

- Зачем ты так? Он…, понимаешь, я не хотел его обижать, я, - Гарри, почему-то было мучительно стыдно крестного.

- Порвал порочащую тебя связь. С истеричным, легкомысленным и безответственным молодым человеком. Завладевшим тобой с помощью похоти и негодяя Снейпа. Да?

- Сириус.

- Не понимаю, – голос старого мародера звучал пусто и безнадежно, - не нужен Муни. Не нужен тебе. Гнил бы себе там, за Завесой…Не видел вашего позора... ладно, Гарри, живите, как хотите. Я ухожу. Разве мог я подумать, падая в небытие, сраженный заклинанием старой суки Беллатрикс, что мой мальчик, будет жить с ее кровью. Ты сделал выбор, Гарри.

- Сириус, прекрати! Я люблю тебя, мне никто не нужен, правда. Я так скучал по тебе!

- Ничего, мальчик, ничего! Сейчас тебе никто не нужен, но мы познакомимся с такими девчонками! Я сделаю тебя счастливым!



- Ремус. Ты делаешь глупость. Не о том думаешь! Какой-то Сириус, какой-то Гарри, бумаги, пароходы!!! – орала миссис Макбет, совершенно не щадя нервов беременного оборотня, которые только что в страстном, почти шекспировском монологе, умоляла беречь. Люпин сидел тихий и подавленный. Старуха была права. Снейп рисковал редко. Его поступок был глупым и безумно нелогичным. Но почти все провальные опыты Северуса были связаны с ним, Ремусом Люпином.

– Твой парень знал про ребенка! Он его сам сделал!!! Надо было только подождать! А ждать твой аспид умеет, как никто! Какой смысл травить соперника, если соперник он! Ты понимаешь меня, болван! Залететь ума много не надо! Ты сохрани и выходи малыша! - Миссис Макбет, что за чушь вы говорите. Простите.

- Я несу чушь??? А ты едешь через океан, Мерлин знает куда, твоему ребенку угрожает смертельная опасность, а где твои материнские инстинкты?

- Поймите! Я не мать, я инкубатор! Понятия не имею, что там наварил Северус. Вы думаете, Бродягу отравил не он? А кто? Нет. Не надо. Я не могу. Второй ошибки я не выдержу.

- Ты должен думать только о ребенке!

- А что сделать, чтоб его не было? Я не могу. Я не достоин. Я урод, моральный урод вы понимаете?

Ведьма поднялась, злобно посмотрела на раздирающего ногтями в кровь собственные запястья Люпина и вытащила из кармана склянку с ярко-малиновой жидкостью и тонкий белый ремешок.

- Выпьешь зелье – и все кончится. Головастика, которого ты видел, не будет. Застегнешь браслет – и где бы ты ни был, окажешься здесь, в Святом Мунго, у меня в кабинете. Выметайся.

- Спасибо, - Ремус одернул манжеты, сгреб с широкой ладони старухи склянку и браслет коротко обнял ведьму и выбежал из кабинета. «Интересно, - думала мудрая миссис Макбет, - где он выбросит стекляшку? Держу пари, что у дверей моего отделения». Старая ведьма, успешно похоронившая пятерых мужей, волшебно разбиралась в мужчинах.



Ремус опоздал. В кафе Флориана было пусто. Гарри сидел за столом в одиночестве и задумчиво катал по зеркальной поверхности круглую косточку от вишни.

- Ты цел? Прости, я задержался. Пойдем, до парохода три часа. Вы, то есть, мы должны собраться, Сириус ждет.

- Он молчал и смотрел на меня. Час, представляете? Я пытался спросить что-то, а он улыбался безжизненно и прижимал палец к губам. А в конце сказал: "Прощай Поттер." Я хочу уехать. Устал. Еще немного, и я не выдержу собственной нормальности.

- Гарри, послушай меня: ты свободный, взрослый, у тебя есть друзья, и... – Ремус запнулся. Перед ним стоял уже другой юноша. Жесткий, настороженный и чужой.

- Вы были у него? Так?

- Нет, я был в Святом Мунго. Тоже брал открепительный талон. И бумаги.

- Смотрите. А то я расскажу Сириусу, какой вы друг.

- Расскажи.

- Простите. Я сам не знаю, что хочу. Не думать.

- Ты не хочешь, а я боюсь. Аппарируем?



В поместье по обе стороны пустой бутылки молчали двое мужчин. Солнце переползло на задний двор, тени деревьев удлинились, когда Маркус сказал.

- Если вы хотите успеть – полетели.

- То есть, как полетели?

- Ливерпуль. Пароход отплывает оттуда. В Бразилию. Он не придет. Он в пути, с Блэком и Поттером. На метлах можем попытаться догнать.

- И ты молчал?

- А вы не спросили.

- Но, - Северус запнулся. Посмотрел на небо. На Флинта. Снова на небо, - бесполезно. И не нужно.

- Тогда, до свидания, профессор Снейп.

- Удачи тебе, Маркус.



Причал 9 и 3/4 в порту Ливерпуля был тих и пустынен. От других доков его отделяла стена густого тумана, плотного в любое время дня и ночи. У пристани стоял корабль, казалось, выплывший из тех далеких времен, когда Англия справедливо считалась владычицей морей. Огромный трехмачтовый галеон под серебряными парусами совершал рейсы в нужную волшебникам точку земли, служа своеобразным аналогом «Ночного рыцаря». Он двигался гораздо быстрее, чем любой самый быстроходный магловский лайнер. Иногда его видели простые моряки и называли «Летучим голландцем». Типичные суеверия людей, далеких от мира магов. По четвергам чудо-корабль отплывал в Бразилию - страну, вызывавшую повышенный интерес магов со всей западной части Европы. Неизученные пока волшебные животные, растения, хранящие свои тайны и чудесные минералы превращали Бразилию в рай для мастеров зелий, ловцов магической фауны, гербологов и простых искателей приключений, к коим причислял себя Сириус Блэк. Он стоял около трапа, задрав голову вверх, с восторгом разглядывая трепещущие на невесть откуда взявшемся ветру, паруса. Душу вечного Бродяги наполняло детское ощущение праздника. Он оглянулся. Гарри, потрясенный и раздавленный величием зрелища, безуспешно пытался закрыть рот и вытереть с лица соленые брызги. Юноша светился от счастья. За плечом Гарри нежно-салатовый с лица Ремус боролся с дурнотой. Сириус разозлился. Он так мечтал поразить друга, чудесным видением, а презренный волчара нахально блевал на его мечту.

- Ремус, Мерлин тебя затрахай во все дыры, ты не можешь потерпеть??? Все нужно опошлить! Посмотри, какая красота!!!

- Видел, - оборотень нашел в потрепанном саквояже маленькую бутылочку с золотистым зельем внутри, - я пять лет ходил на этом корыте.

- Вы??? Вы??? – Гарри изумленно уставился на Ремуса, - но вы об этом не говорили.

- У меня повода не было. А «Святой Эльм» никогда не выходит из порта в полнолуние. До первого декрета Фаджа оборотней брали вахтенными. Не люблю море.

- Дурак ты, - внезапно обиделся Сириус. – Это тебе надо было сидеть 12 лет в Азкабане! А я бы бороздил волны и улыбался звездам.

- Возможно, ты никогда не смотрел на море, как на единственный заработок. И не сидел в полнолуние вон в том каменном убежище. – Ремус поежился. – Я не знаю более мерзкого места.

- Вот и я говорю – в Азкабан! – Радостно закивал Сириус, - Гарри, налюбовался? Пошли, у нас шикарная каюта! А ты, хватит ныть, скоро я тебя буду звать Сопливусом! Ты стал его копией, любимая моя развалина!

- Идите, я быстро.

Ремус смотрел на желтые пятна фонарей, на серую ткань тумана и вспоминал строчки безнадежно забытого маггловского поэта,

- Прощай Веселая Англия.
Страна высохшей земли
Забирает твоего сына
В жесткие ладони свои.
Смотрит в сердце южными глазами,
Там я забуду
Туман от дождя на полях
И белые облака
Цветущей сирени
В руках
Юноши с длинным носом и черными волосами…



- Ремус! – раздался вопль с палубы, - бегом в каюту! Быстро! Где твои зелья? Гарри плохо!

Оборотень в три прыжка пролетел трап, и кубарем скатился в трюм, чуть не растянувшись на полу. Крохотное сердце в глубине тела заметалось, стуча тоненько и беспомощно. «Какой Сириус, какой Гарри! Думай не о том», - надрывался рассудок голосом миссис Макбет, и подспудный страх несколько раз прокрутил на внутреннем экране, его, Ремуса, считающего животом ступеньки и корчащегося от ударов головастика, безжизненно замирающего в конце падения. Люпин прислонился на секунду к резным перилам, просунул руку туда, где метался испуганный детеныш и логично вспомнил, что все ерунда, у него обостренные чувства, этот червячок даже не человечек, а он нужен Гарри. Оборотень оттолкнулся и побежал дальше, в каюту.

Сириус доставал из увеличившегося чемодана банки пива и рассказывал юноше про колдовской карнавал, который бушует в отличие от маггловского две недели, льется море огневиски сливочного пива и местной тука де моньи, крепкого напитка, сшибающего с копыт здоровенных драконологов, вроде Чарли Уизли.

- Гарри, что случилось? Ты нездоров?

- Все нормально, Ремус, я прекрасно себя чувствую.

- Зачем ты это сделал? Я чуть не упал! Ты же знаешь, мне нельзя волноваться! Скотский поступок!

- Не горячись, мы почти отплываем, а ты застыл как горгулья у кабинета Дамблдора. Наверняка, мечтал, что явится твой вонючий сальноволосый соплохвост и утащит в логово! Да пошел ты, Люпин! Мерлин задери, кому ты нужен брюхатая зверюга??? Сиди смирно! Твой ублюдок все равно сдохнет в тамошней жаре! Да ты выблюешь его при первом шторме! Ремус…Ремус ты чего! Куда??? Мы отплыли! Гарри, беги за ним, я не могу, он убьет меня.

Юноша увидел Люпина на палубе. Ремус бежал к расширяющейся полоске воды между высокой кормой и причалом.

- Постойте, пожалуйста, Сириус шутит, он…

- Прости меня Гарри, прости и держи, вот, - оборотень сунул в цепляющие его рукав, мокрые от брызг руки, полоску светлой кожи.

– Портключ до Святого Мунго. Застегнешь - окажешься в хирургии миссис Макбет. Береги себя, мальчик, я люблю тебя, и буду ждать, всегда!

- Профессор…Ремус…я вернусь, обязательно! Я посмотрю мир и приеду, скажите Драко, что я виноват, но я не брошу Сириуса!!!

- Я буду ждать тебя, вас. – Люпин развернулся, вскарабкался на резной полуют и посмотрел вниз. Корабль отплывал, медленно увеличивая расстояние между берегом и кормой. «Не допрыгну, не дотяну, живот отобью, я пропал» в секунду пронеслось в голове оборотня, а в следующее мгновение из тумана вынырнула огромная квадратная фигура, и грубый голос проревел:

- Я ловлю вас, профессор, не бойтесь! Ловлю!

Ремус зажмурился и прыгнул.



- Посади его. Не сюда, здесь мокро и камень, на мою мантию. Идиоты. Можно было подлететь на метле, левитировать... А если бы ты не удержал? Если бы он не допрыгнул? – холодные пальцы расстегивали рубашку оборотня. Голос человека звучал хрипло и полузадушенно, как бывает обычно, после быстрого бега. Через минуту в голый живот Ремуса уткнулась волшебная палочка, и над ним шепотом начали читать непонятные заклинания.

- Северус, не надо. Я слышу его сердце.

- Ты не можешь! Срок небольшой, - запальчиво возразил профессор Снейп, но палочку убрал и принялся укутывать оборотня в любезно одолженную здоровяком Флинтом мантию.

- А я все равно слышу. Спасибо. Маркус, я так благодарен тебе.

- Мне в ней жарко. А вы Оливера спасли. Берите насовсем.

- Он в ней утонет. Ты можешь идти? Выйдем с причала и вызовем «Ночной рыцарь».

- Я заберу метлы. И к Оливеру. Счастливо оставаться.

- Приходите в гости. С Вудом. Пусть он не стесняется.

- Я скажу, - Маркус довольно кивнул и скрылся в тумане.

- Кстати, а почему он всегда приходил один? Все это время я не решался спросить.

- Они считали, это может быть мне неприятно. Потому что Оливер очень красивый.

- Правда?

- По их мнению. И они правы. В то, что мальчик умный, я тоже слабо верил.

- А теперь?

- Теперь я это знаю. Умнее нас обоих вместе взятых. – Северус постепенно выровнял дыхание и даже слегка улыбался. Он добрался до Люпина. И теперь сможет достойно отомстить. Не сейчас. Позже. Туман разрезали желтые фары «Ночного рыцаря».



Прошло пять месяцев. Думать о справедливом возмездии за предательство становилось все труднее. Сначала Северус рассудил, что человек вернувшийся домой, обязан спать в собственной кровати. Даже если лично ему придется страдать рядом. Потом убедил себя, что поцелуи допустимы. Ремус расслабится и перестанет затравленно и виновато ловить его взгляд. Затем, мастеру зелий показалось логичным всюду ходить за стремительно округлявшимся и поэтому достаточно неуклюжим оборотнем и выполнять все его прихоти. Ведь так ощущение безопасности будет полным, а коварный удар получит сокрушительную силу. Но время шло, Снейп таскал скамеечки, чтоб Люпин, поливая цветы, или подстригая кусты, мог присесть и отдохнуть, завязывал шнурки на его ботинках, так как миссис Макбет рекомендовала ограничить употребление магии во время вынашивания ребенка. Даже читал Ремусу стихи и пытался нарисовать картинку, начитавшись брошюр, что женщина в положении должна наблюдать исключительно прекрасные вещи, но быстро оставил это занятие, так как вместо умиления портрет постороннего щенка вызвал у Ремуса взрыв истерического хохота, совсем не полезного для будущего отца. А в один прекрасный вечер Люпин взял и снова перевернул все с ног на голову. Говоря по правде, начало драмы было милым и невинным. Сидел глубоко беременный Ремус, никого не трогал, мазал себе эклер горчицей и намеривался все это с аппетитом уничтожить. Снейп, случайно проходивший мимо кухни увидев такой ужас, не стерпел и вырвал кулинарный изыск из слабых рук сожителя. Люпин естественно разобиделся на грубое попрание его прав и свобод, схватил саквояж, бросил туда все жизненно необходимые вещи: портрет Гарри, любовный роман, две плитки молочного шоколада, и гордо ушел из дома, поддерживая одной рукой огромный живот, а второй крепко вцепившись в нажитые сокровища. Под дождь. Ремус даже до калитки дошел и встал там. Потому что не мог придумать, куда идти беременному оборотню, и кому он вообще нужен, если Гарри в Бразилии, а остальным дела нет до содержания подобного извращения.

И почему-то жестокий профессор Снейп сразу же забыл все коварные планы по бросанию Люпинов. Так как на миг подумал, что его ушастое, пушистое, капризное чудовище уйдет. И опять навсегда. Бедный профессор рысью, путаясь в полах теплой непромокаемой мантии, которую забыл рассеянный оборотень, побежал спасать и каяться, в том, какая он жестокая скотина. Пусть только Люпин вернется. А, дойдя до ворот, начал уговаривать не дурить, показывать на живот и убеждать, чтобы ненаглядный Ремус быстро шел в дом! Бегом! Но оборотень стоял, как упрямый баран, ничем не обнаруживая волчьей натуры. Ремус носом хлюпает, дождик льет, мастер зелий кутает гордеца в теплую мантию, а распоясавшийся сожитель рукой его отталкивает, дуется, уйди мол, ты виноват, видеть не хочу...Снейп и слова говорил, и клятвы давал, и даже сбегал за новым эклером, с горчицей, что теперь Ремус справедливо расценил, как издевательство - когда это он собирался подобную дрянь есть! Короче, вымотал несчастному мастеру зелий все нервы, а когда у оскорбленного Люпина замерзли уши, милостиво согласился вернуться и обсудить поведение тирана Северуса, на следующий день. И лег спать, положив роскошный живот на измученного, но очень счастливого Снейпа, а тот радовался и всю ночь следил, чтобы Ремус не повернулся и не навредил наследнику. Зато мысль о мщении выбросил из головы раз и навсегда. Но поскольку эту историю рассказывал обычно сентиментальный Оливер Вуд, верить ей особо не стоит. Потому что Маркус Флинт, признавая выдающийся ум своего друга, утверждал, что профессор Снейп простил Ремуса Люпина на причале. Потому что тоже был хороший человек.



Миссис Макбет с блеском провела сложнейшую хирургическую операцию и ушла на заслуженный отдых, окруженная шлейфом легенд, как единственная ведьма, принимавшая роды у мужчины.

Мальчик появился на свет большой, здоровый и как две капли воды похожий на Ремуса.

Сириус в Бразилии счастливо женился, причем, как утверждали злые языки, не один раз.

А Гарри вернулся в Англию.

Но это была уже совсем другая история.



The end



Оставьте свой отзыв:
Имя: Пароль:
Заглавие:
На главную
Замечания и поправки отсылать Anni